Я невольно сгибаю голову понимая, сейчас самое лучшее время, чтобы одной крупнокалиберной очередью скосить нас всех. Но мы бежим и ничего не происходит. Разве только замечаю краем глаза парочку лежащих тел в форме, похоже охранников, видимо с ними разобралась другая группа, прибывшая раньше нас.

Впереди звучат выстрелы. Однако стреляют не по нам и стреляем не мы.

Последний раз мелькает мысль: что я вообще тут делаю? Сражаюсь за Игрока против обычных людей. Кажется, я должен был быть на другой стороне. Но вышло так, как вышло, и я бегу следом за остальными.

Впереди кричат: -Граната!

Я спешно отшатываюсь, но не успеваю и перед глазами плывут круги, а в голове гудит от близкого взрыва.

Глава 19

Королева в плену

Замин Кирилл Сергеевич, генерал-полковник, первый заместитель директора федеральной службы безопасности Российской Федерации устало потёр рукой лоб и отложил стенограммы допроса объекта «Мессинг» в сторону.

Высокое начальство, в лице директора службы безопасности и самого президента требовали ответов. Но ответов у Кирилла Сергеевича пока ещё не было. Зато вопросов скопилось предостаточно.

Щёлкнув тумблером, генерал-полковник включил коммуникатор: -Люда, приготовь, пожалуйста, кофе и что-нибудь перекусить.

В ответ из коммуникатора донёсся женский голос: -Вам кофе покрепче?

-Самый крепкий, -уточнил Кирилл Сергеевич. Этой ночью он спал буквально три часа. И вряд ли следующей ночью получится как следует выспаться.

Заметив, что отложенные в сторону листы стенограммы допроса объекта «Мессинг», на этот раз под развязывающими язык и заставляющими говорить одну только правду препаратами, лежат несколько неровно, он выровнял стопку и переложил в папку к стенограммам остальных допросов.

Развязывающие язык препараты не сработали. Или… всё-таки сработали? Объект продолжает придерживаться ранее озвученной линии утверждая будто всё вокруг является виртуальной реальностью, а окружающие его люди - неигровыми персонажами в гигантской компьютерной игре. При этом саму себя объект считает одним из немногих игроков, управляющих не то отдельными странами, не то целыми этносами.

Казалось бы, полная чушь?

Но, учитывая, историю обнаружения и захвата объекта, быть может не такая уж и чушь.

Захват объекта Кирилл Сергеевич наблюдал лично, можно сказать из первых рядов. Это произошло на срочном совещании, собранном президентом посвящённом серии терактов со взрывами и многочисленными жертвами, проткавшимися по стране. Если на многочисленных фронтах дела обстояли вполне приемлемо (за исключением турецкого фронта, проходившего по всему крымскому полуострову), то спецслужбы не моли похвастаться такими же успехами. Ключевые объекты вроде ядерных электростанций и высокотехнологичных производственных центров надёжно охранялись, но никто не мог предположить, что враги решаться на полномасштабный гражданский террор с подрывами больниц, школ и жилых домов. И самое худшее, что эффективной борьбы с такой подлой тактикой не существовало. В конце концов невозможно поставить в каждую больницу и в каждый детский садик по взводу фээсбешников.

Входя в зал совещаний и рассаживаясь за массивным, отделанным мрамором, столом, Кирилл Сергеевич увидел в центре стола ту, кого сейчас называл не иначе как «объект Мессинг». Девчонка лет двадцати двух или, может быть, двадцати пяти. В красных, как пожар мировой революции, кроссовках, в безразмерной кофте украшенной эмблемой летящего на метле мальчика в длинной мантии и остроконечной шляпе. Узкие джинсы, немного запачканы, а сбоку, на попе красуется вышитое изображение ладони словно бы за эту попу хватающее. Если говорить о самой девчонке, то стоит упомянуть глубокие круги под глазами и сальные волосы, небрежно завязанные в какое-то подобие длинной косы.

Другими словами, сложно было представить иной облик, более контрастирующий с официальной чопорностью зала для совещаний. Среди массивных кресел стоящих вокруг ещё более массивного стола, среди позолоты, мрамора и тяжёлых, плотных тканей, усевшаяся во главе стола девчонка смотрелась исключительно неуместно.

Но странно было то, что никто из них тогда не обратил на это внимание. Впоследствии анализируя свои воспоминания, Кирилл Сергеевич вспоминал, что его взгляд только лишь скользнул по ней, как по привычному предмету интерьера. И он оставался практически уверен, что и на предыдущих совещаниях она присутствовала тоже. Если бы только он мог как следует вспомнить…