Что касается идеи прикрепления казака к каждой школе, то на этом отдельном положительном примере можно смело мобилизовать общественность, а со временем создать старинный красивый обычай. Другие северокавказские лидеры станут направлять в школы своих кунаков, чтобы школьники, например Ингушетии или Дагестана, тоже не отрывались от своих корней и коллектива. Да что там Северный Кавказ?! Инициативу надо распространить на всю страну. Самые активные казаки (судя по информационным сводкам) у нас живут в Санкт-Петербурге. Там тоже школ полно. В отдельных субъектах Федерации можно делегировать в классы потомков золотоордынских воинов в исторически достоверной амуниции для сбора дани с родителей учеников. На школах останавливаться, конечно, не стоит. Первым делом пару казачьих разъездов с нагайками надо приписать к комитету по регламенту Госдумы, чтобы депутаты меньше скандалили. Ну и наконец, не стоит ли взяться за саму Федеральную службу охраны? Корни-то ее тянутся прямиком к камер-казакам собственного Его Императорского Величества конвоя. Вот когда вернемся к этим корням, тогда и скажем: «Любо!»

Берегись пешехода! / Общество и наука / Общество

Берегись пешехода!

/ Общество и наука/ Общество

До центра Москвы автомобилист доберется только в том случае, если он… пешеход

Некоторые улицы Москвы теперь можно измерить шагами — в центре появляется все больше пешеходных зон. Только в этом году открывается 16 новых маршрутов, и каждый последующий год вплоть до 2016-го к ним будет прибавляться еще по 10—15. У широкой автомобильной общественности есть опасение, что столичные променады — это и есть то самое оружие возмездия, призванное превратить водителя в пешехода. А можно ли в этом деле соблюсти компромисс?

Гулять!

В XIX веке основным московским променадом являлось Бульварное кольцо — сюда съезжались лучшие экипажи города, чтобы выпустить своих пассажиров на прогулку. Появилось даже меткое слово «бульвардье» — праздный человек без рода занятий, которого всегда можно было встретить среди фланирующей публики.

И тем не менее свободных пешеходных пространств в Москве всегда было немного — то ли климат не располагал, то ли полукупеческий-полудворянский быт. Пешеходные улицы были скорее атрибутом европейского шика, которым щеголял Петербург. Широкую моду на променады в мегаполисах ввела Америка. В США во время Великой депрессии появилось понятие ландшафтного урбанизма: именно тогда за счет госбюджета стали благоустраивать променады и набережные. И это понятно — у людей не по своей воле появилась масса свободного времени, которое желательно было проводить комфортно и недорого.

Сегодня соображения властей при обустройстве пешеходных территорий несколько другие. Например, власти Москвы объясняют свою пешеходную активность «повышением туристического потенциала и комфортности жизни». На одной из пресс-конференций на вопрос, почему так исторически сложилось, что в столице мало пешеходных улиц, главный архитектор города Сергей Кузнецов отшутился: «Москвичи не ходят пешком, потому что ленивые». Так ли это? Согласно социологическим данным 33 процента москвичей гуляют по центру города пешком несколько раз в неделю, 40 процентов — несколько раз в месяц, 27 — очень редко.

Всерьез за пешеходные зоны власти взялись примерно год назад. Консультантом в проекте по их созданию выступила компания PriceWaterhauseCoopers. Вадим Храпун, партнер этой консалтинговой компании, объяснил «Итогам», что за основу была взята идея пешеходной зоны в историческом центре Москвы, которая когда-то называлась «Золотое кольцо». Кольцо не кольцо, а уж овал точно выходит: от Кремля по Моховой до Лубянки, затем вниз по Варварке к Китай-городу и обратно к Кремлю. «В этом овале предусматривалось преобладание пешеходных зон над транспортными. Впрочем, вовсе не предполагалось, что все улицы в пределах зоны должны быть полностью пешеходными — часть их может быть смешанного назначения или закрываться для транспорта только на выходные», — говорит Вадим Храпун.