/ Искусство и культура/ Художественный дневник/ Театр

«Пыльный день» Саши Денисовой в Центре драматургии и режиссуры Алексея Казанцева и Михаила Рощина

Когда после спектакля я вышла на улицу, ко мне подбежала знакомая студентка режиссерского факультета и сразу с места в карьер затараторила: «Я знаю, что вы сейчас скажете, что это непрофессионально, что нет действия, нет конфликта... Я даже с вами заранее согласна. Но я ловила кайф». Признаюсь, скучая порой во время затянувшегося двухчасового действия, я краем глаза посматривала на нее, примостившуюся на подушке перед первым рядом, и улавливала в эти минуты, что кайф ловит не только она. Что публика мгновенно вспыхивает, как только узнает себя в репликах и жестах персонажей, готовая простить и длинноты, и банальности. А я, оказывается, не готова и потому чувствовала себя немного чужой на этом празднике. Ну не готова воспринимать художественную самодеятельность, когда ею занимаются не в клубе в свободное от работы время, а в профессиональном театре. Профессиональные артисты — без режиссера и по-хорошему — без пьесы. Наверное, не стоило бы так резко о молодых, нащупывающих свой путь, да уж больно они сами любуются собой, а их кураторы — ими. Когда в Театре doc. вышла премьера предыдущей пьесы Саши Денисовой «Зажги мой огонь», договорились до того, что с этого дня в истории театра случился поворот столь же крутой, как в день премьеры вахтанговской «Турандот». Окститесь, ребята. Пардон, лауреаты «Золотой маски-2012» в номинации «Эксперимент».

В «Пыльном дне» команда частично сохранилась. Кроме примкнувших артистов добавился сценограф — Лариса Ломакина. А драматург стал еще и режиссером. Саша Денисова — колумнист «Русского репортера» и блогер. Ее эссе лиричны, в них она пытается осмыслить историю своего поколения, получившего паспорта в год распада СССР и оказавшегося в другой стране. Она памятлива и наблюдательна и, если можно так выразиться, патриотка тридцатилетних: «Все чаще и чаще замечаешь своих в толпе. Они ставят гурьбой свои пьесы в театре «Практика». Дурненков, 73-й год рождения, Вырыпаев, 74-й, Клавдиев, 74-й, Курочкин, 70-й. Они наводняют театры хорошими, честными, талантливыми актерскими физиями... Они и в кино веером... Они становятся значимыми художниками... Они даже появляются в политике. А ведь казалось — никогда, очередное потерянное поколение... В общем, наше время наступило. Ждите результатов по всему фронту. И потом, при наступлении известности, спрашивайте год рождения. Цифра — 7. Счастливая цифра». Вот это-то чувство наступившего «своего» времени, видимо, и воодушевляет зрительный зал. Хотя критерий «наступление известности» рядом с пассажами про искренность и честность до конца несколько смущают. Что-то мне не помнится в манифестах других поколений (и наших, и каких-нибудь там «рассерженных») ничего о стремлении к успеху и признанию. Все больше пеклись о переустройстве всегда несправедливой жизни.

«Пыльный день» — никакая не пьеса, а эссе, только слева «кто говорит», а справа «что». И все эти диалоги, похоже, сочинила мамзель Папирус (не имя — ник), «властитель умов и автор колонок». Дамочка экстравагантная, собравшая друзей на берегу водохранилища, где 12 лет тому назад была беззаботно счастлива со своим возлюбленным. Которому, заметим, она все эти годы морочит голову по причине то ли инфантилизма, то ли романтизма (неотъемлемые черты поколения), попросту говоря манерничает, во всяком случае в исполнении Арины Маракулиной. Чему весьма способствуют костюмы, потому что по задумке Папирус пикник проходит в стиле ретро и герои танцуют фокстрот, а на заднике мелькают кадры из немых фильмов. Хотя в аннотации уверяли, что хотят как в жизни, а не как в театре. Уверяли и в том, что герои будут задавать друг другу «проклятые вопросы» (они вообще-то из русской литературы известны), но они просто болтают о «времени и о себе», чаще плачутся, настаивая на том, что за внешней успешностью скрываются израненные души. Порой забавно шутят. Кульминацией становится пародия на Андрея Малахова в исполнении Алексея Юдникова, играющего Влада, ведущего телепрограммы «О чем нельзя». Номер слегка затянут, но жалко остановиться, когда отменно получается, действительно — смешно. Не происходит ровным счетом ничего, потому идею формулирует та же героиня: ««Ощущение, как в солнечный день на шоссе: вроде бы так ясно, а пейзаж нечеткий, будто что-то висит в воздухе. Как тысячи частиц. Пыль, что ли?» Куда подевалась победительность честного поколения? И почему героям предстоит погибнуть в автокатастрофе в тот момент, когда их время наступило, неясно. Может быть, цифра 7 не такая уж счастливая?

Шорт-лист ожидания / Искусство и культура / Художественный дневник / Ждем-с!

Шорт-лист ожидания

/ Искусство и культура/ Художественный дневник/ Ждем-с!