Читаем Истребитель ведьм полностью

— Хорошо! Согласен! Понял, — Станков уселся на краешке одного из псевдонадгробий, — но как мне, черт побери, добраться туда, — он пнул ближайший сталактит, — если мне все запрещают?

— Не знаю, — Калина скрестил руки на груди. — Глаза у тебя есть, вот и смотри, но руками не трогай. Изучай без молотка…

— Да? — Станков перевел взгляд на что-то за спинами смотревших на него спутников. — А что до рук, то советую тебе, Томмс, не хвататься за лазер, хотя ты наверняка быстрый, как Док Холидей, и меткий, как Буффало Билл… — говорил он спокойно и врастяжку, а по его лицу, шее, щекам ползли крупные капли пота. — А что до смотренья, то кажется мне, что этот милый фамильный склеп и без тебя имеет сторожа и сторож любит сюда временами заглянуть…

— Мать-Земля! — Томмс обернулся, закричал и тут же исчез в темном лабиринте сталактитов, припустив туда со всех ног.

Адамс обомлел, едва повернул голову.

Один Калина, как и положено командиру, поборол желание пуститься наутек. Хладнокровно схватил пилота за ворот и, толкая его впереди себя, заполз в ближайшую расщелину.

Станков не дрогнул. Лазер висел у него на плече, профессор медленно снял его, отвел предохранитель и зорко следил за стоявшим у входа существом. Из гущи сталактитов раздался крик Томмса:

— Браток, я тебя прикрою, прыгай влево, там щель!

— Нет! — Станков встал и шагнул вперед.

В ответ на это движение пришелец с пронзительным, трудным для описания стоном исчез во мраке тоннеля, из которого появился.

— Вот оно как, вот оно как! — Хотя губы Томмса тряслись, он старался говорить шутливым тоном. — Упыри исчезают, когда появляется настоящий экзорцист с настоящим кропилом!

— Где вас носило, сержант? Я думал, вы крепко пожмете руку дорогому гостю… — Станков, дрожа всем телом, осел на песок, как манекен.

— Рожа пострашнее, чем на той стеклянной картинке! — Калина тащил за собой все еще бесчувственного, сомлевшего Адамса. — Я человек не пугливый, но если Он вернется, я как пить дать попаду к Берту в соседи!

— Без нервов! Помощь придет, как только Кольцов На “Гефесте” запеленгует сигнал спасательного буя, — Томмс расстегнул воротник и снял шлем. — Согласно инструкции я установил это чудо техники на опушке, но буря могла повредить эмиттер или антенну…

— Если запеленгует… — вздохнул Калина. — А если нет?

— Тогда нас ожидает приятная прогулка к Базе, чего я лично хотел бы избежать, — Томмс беспокойно присматривался к Адамсу, с трудом приходившему в себя.

— Не везет парню! Вторая встряска сегодня!

— Ему везет… — пробормотал Калина. — Для нас наверняка это будет первая и последняя в жизни встряска… — и он указал на вход.

Станков даже не пытался выстрелить. Он понял вдруг, о чем говорил Берт…

Пещера наполнялась. Вползали, входили, волоклись, влетали… Они!!!

— Теперь бы только выдержать, — профессор вытянул руку и энергично сломал левый мизинец-протез. Посмотрел на своих товарищей, лежащих без сознания, посмотрел на тучу кошмарных созданий, придвигавшихся к нему, тяжело осел на песок.

“Теперь бы только выдержать!” — было его последней мыслью.

Потом — только мрак, страх, ужас, слезы и боль.

Кольцов отыскал их на следующий день; ему не оставалось ничего другого, как, введя всем сильные успокаивающие средства, отвезти группу на Землю.

В редкие мгновенья просветления Калина уныло повторял:

— Он вернулся! Привет, парни, привет, Берт, привет, больница…

В больнице они через неделю и оказались. Бесчувственный как колода Станков лежал в изоляторе, два дня равнодушно позволяя кормить себя и поить. На третий день встал, на четвертый попросил что-нибудь почитать. Рослый санитар, сидевший возле него днем, заметно повеселел и принес профессору кипу фотогазет в картонной папке и старомодный аппарат для чтения фильмов.

— Какой-то родственник оставил это для тебя, проф! — шепнул он, значительно прищурив глаз. — Родственник в мундирчике ООН. Большие зеленые глаза, фигурка… Куколка!

— Благодарю! — Станков подумал о микрофонах, о подслушивании и спросил: — Как выглядит?

Санитар смотрел на него пустым, отсутствующим взглядом уставшего человека.

— Как куколка… — шепнул он.

Станков молча кивнул.

— Спасибо, браток, — сказал он, когда санитар пошел к выходу.

Санитар усмехнулся. Выходя, оттопырил большой палец. Удивительный это был палец. Без ногтя, несгибающийся, серый. Чужой. Вызывающий тревогу.

Но не у экзобиолога.

После вечернего обхода Станков в тишине и полном одиночестве извлек нечто, укрытое в его черепе, и раздавил его в кулаке. Когда в палате погасла лампочка, разобрал аппарат для чтения микрофильмов и вынул оттуда мощный бесшумный излучатель, а перебрав газеты, отыскал спрятанные среди них два плоских магазина. Потом лег на койку: укрылся одеялом и нажал кнопку тревоги.

Вбежали трое. Санитары. Все высокие и сильные.

— Пузом вниз, — буркнул Станков, показав стволом на пол.

Они были послушными, позволили себя связать и заткнуть рты кляпами из порванного одеяла.