Читаем Историкум 2. Terra Istoria полностью

— Э не, еще ли бандиты — то это в Киеве или в Европейском Диком Западе, войска рыцарей-разбойников беспредельничают. У меня сейчас зять в Киеве выживает — там часть города под «Оболонью» ходит, дружина такая боевая, прежде были тружениками на пивном заводе «Оболонь». Да какое сейчас жидкое пиво — только натуральная горилка да и медовуха остались…

— Бывал я и в Киеве. До того как… Даже на речном трамвае плавал. Нынче прямо-таки не верится…

— Нынче там плавают «из варяг в греки». Ладьи торговые да эмигрантские. Говорят, и девок в полон в Турцию везут. А в самом Киеве в планетарии в пятничный вечер выступают сказители-большевики.

— Большевики? Вроде они со своей мумией наперевес в поход за Большим счастьем ушли…

— Те ушли — другие остались. Из тех, кто на заводе «Большевик» работал… А вот в «Серебряном острове» теперь кучкуются работяги с витаминного завода. А вот на Караваевские дачи лучше вообще не соваться.

— Да мне дело тут сладить, а потом до дома добраться. Дача-то небольшая, но две землянки есть. И колючую проволоку натянул, перед траншеями. Просто так не возьмешь…

— А вот это правильно — культурных маньяков нынче мало. Порубит на куски, а потом плачет — «Бедный Йобрик!».

— Стой! — донеслось из головы обоза. — Тпру!

— Что такое? — взволнованно привстал книгун.

— Электричники из набега возвращаются. Пока не пройдут, лучше на перекресток не соваться.

К этому времени сложилось целое сословие электричников, тех, что раньше вместе ездили из городов на дачи. Теперь они жили на дачах всё время, обустроив там мощные укрепрайоны, но несколько раз в год, на лошадях или большой пешей колонной, отправлялись в набег на садовые и строительные рынки, а потом с добычей — обратно. Электричники, они же дачники, славились лютой суровостью и приверженностью древнему искусству боя на вилах и тяпках. И в схватке часто использовали грабли, на которые в грядковой ярости раз за разом наступали, повергая противника в ужас своими изуверствами. После Катастрофы именно электричники пытались провозгласить себя Пупами Земли и захватить все пригодные территории. Да не вышло — вступили сами собой в сражение за лучшие грядки и полегли в теплицах…

— Эх… — вздохнул книгун, — а ведь потенциал-то у них есть. Да еще какой, прямо разница потенциалов, я вам скажу, и значительная. Эту бы энергию да в мирное русло… Весь город заново отстроить можно было бы!

— Ну ты даешь, братец! — расхохотался Андрей. — Город отстроить! Да это ж сколько хлопот! И каких! Даже если ценностей на то хватит, кто возьмется-то, кто на себя такую обузу взвалит?

— Я бы взялся, — тихо, но твердо ответил книгун.

Унюхать настоящую тайну

Только прибыв в расположение штаба общины, словоохотливый, но не говорящий лишнего Андрей познакомил книгуна и Джона, который был весьма известным «донкихотом», что означало вовсе не далекого от реальной жизни идеалиста, а как раз профессионального кинолога. А «санчопансами» называли собак, по грамотному употреблению этих прозваний знающие люди распознавали друг друга.

В этой субкультуре сохранялось и предание о битве с ветряными мельницами, трансформировавшееся в целый свод притч о том, что древние мельницы — архетипы человеческих иллюзий, недостатков, слабостей. Донкихоты регулярно отправлялись на поиски мельниц — если их уничтожить, то наступит всеобщее благоденствие. Недаром же один из самых уважаемых рыцарей разорял машущие мельницы и за сие был прославлен как герой сериалов.

Всякому, хотя бы отчасти причастному к поиску знаний и тем более их материальных носителей, было также хорошо известно, что существует две группировки поиска прежних артефактов, а значит, свое отношение к истории придется, хотя бы внешне, сверять с одной из них. Если хочешь выжить, не прячась всю оставшуюся жизнь под чужими прилавками.

Одна такая группировка носила прозвище свежеисторики, иначе свежаки. Ее сторонники считают, что нельзя изучать подлинную историю земли — она слишком кровава. И если строить новокультуру на ней, то снова всё повторится. Первая, Вторая, Полутретья мировая война. Суджук у рыцарей-крестоносцев. Бастурма в Останкино. Киллеры-ассасины. Поздние моджахеды. Ранние домостроевцы. Значит, утверждали свежаки, нужно формировать специально создаваемую, правильную историю. Надо изучать только тщательно отобранные события, воспитывать на идеалах, толковать идейно подходящих классиков. Носителями идеалов считались истинные герои — князь Пожарский, Робинзон Крузо, Штирлиц, Чапаев, Фродо из Шира… Они и должны были стать историческими идеалами для Осветленного Грядущего.