Читаем Историкум 2. Terra Istoria полностью

Глава тогдашней военной хунты Леопольдо Гальтиери после этого ушел в отставку. Знаменитый Борхес написал стихотворение памяти британских и аргентинских солдат и назвал войну «ссорой двух лысых из-за расчёски». А группа «Пинк Флойд» посвятила Фолклендской войне альбом The Final Cut. И это не говоря о документальных и художественных фильмах, книгах воспоминаний, романах… И зачем это надо было, спрашивается? Назло, что ли? Денег-то сколько надо…

— А мы не погорячились? — нервно спросил один программер своего собрата. — «Пинк Флойд» вычеркнуть, советские газеты вычеркнуть… а они вообще были оцифрованы?

— Там что, так много информации?

— Вот, даже цветная обложка.

На мониторе возник скан броской карикатуры: ухоженные дамские ручки, вместо кружевных рукавов — стволы корабельных орудий — мертвой хваткой вцеплялись в острова раздора.

— Это журнал тогдашний, и у него тираж был огромный.

— Всё будет отлично. А что не оцифровано, то никого и не волнует, — ответил второй. — Ты ведь знаешь, для чего обычно использовали бумажные издания — при нехватке других?

— Знаю-то знаю, да ведь согласно статистике у кого-нибудь на антресолях может заваляться.

— Фальшивки и фальшаки могут заваляться везде! Твое дело любить родную Аргентину, а не лазить взглядом по чужим антресолям!

— А Борхес, которого в Байресе каждая собака знает?

— Сделаем вброс, что стих представляет собой фантазию на тему войны.

— Ага, кошмар ему приснился…

— Да хотя бы и так… А чего, он всех описанных мифологических животных в скверике у дома встречал, что ли?

— И с рук кормил…

Уже уставший надзирать за информационным потоком майор Рамон Меркадер отчаянно скучал, слушая вялые препирательства айтишников. Но когда перечисление проблем окончательно грозило затянуться, мешая комфортному просмотру качественной порнопродукции на резервном мониторе, он не выдержал:

— Сеньоры, не мучайтесь. Напишите, что мы победили.

— Как?

— Да прямо так. Мальвинскую войну англичане проиграли с позором. А если они утверждают обратное, то это вранье. Ведь деньги вам платим мы, а не они… И спорить не советую — с предателями страны и нации разговор у нас короткий.

— Конечно! Вы, то есть мы, всегда побеждали набежавших или сбежавших отъявленных негодяев. А произведения искусства можно толковать, как угодно… — оживился Казанович.

— Вот именно, сеньоры, вы не зря постигали свою науку! — воодушевился майор. — Пишите, что англичане вероломно напали на исконно аргентинские земли! Да, и не забудьте указать, что и ранее (в 1833 году, услужливо подсказал Гомес) Британии тоже не удалось захватить наши острова. Мы — нация конченых победителей, нас никому не одолеть!

Байрон и все-все-все

Чем дальше от нас жила та или иная знаменитость, тем меньше она получит денег за рекламу того или иного товара. Не верите — спросите Нефертити насчет тех самых коробок с бананами.

— Давайте не будем заморачиваться и перепишем всё с самого начала, — бодро предложил Гарсиа.

— Начало — это что?

— Никакого виконта Фолклендского, никакого Джона Стронга!

Младший программист, чьи познания в кодах явно превосходили историческую образованность, озадаченно переспросил, кто были эти люди и откуда они взялись. Впрочем, скоро вышеупомянутые персоны стали предметами государственной тайны.

Доцент Казанович утрированно скрипучим голосом пояснил, что все без исключения люди берутся из однотипных источников, и нет никаких причин подозревать виконта и его протеже-мореплавателя в каком-то ином происхождении. А к рассматриваемой ситуации они относятся постольку, поскольку капитан Стронг дал проливу между двумя основными островами название Фолклендский — в честь своего высокородного покровителя. Было это в 1690 году.

В середине следующего века на острова нагрянули французы и нарекли их Мальвинскими в честь города Сен-Мало во Франции, откуда была родом большая часть первопоселенцев.

— Что, французов тоже не надо? Понаплывали, однако!..

— Какая разница, они всё испанцам продали.

— А с Байроном что будем делать?

— Байрон точно не нужен!

— А он-то здесь при чем?

— Как при чем, когда этот чудак не заметил французов и заявил, что открыл острова!

Поэт Байрон действительно не был замешан в истории злополучных островов, его тогда, как говорится, и в проекте еще не было. Не заметить обжившихся на островах выходцев из Сен-Мало умудрился его однофамилец. Но в тонкости, как и обычно, никто не вникал.

Вскоре французы продали свои владения испанцам, и те, внимательно осмотревшись, без всяких церемоний выгнали англичан с архипелага. Чуть не началась большая война, но как-то обошлось. При этом обе великие колониальные державы остались при своем мнении. И втихомолку при своих колонистах на упомянутых камнях посреди Южной Атлантики. И всем вроде стало хорошо.