ИСТОРИЯ СЛОВАКИИ

Предисловие

В предыдущей книге Studia Historica Slovaca A Guide to Historiography in Slovakia (1995) рассказывалось об инфраструктуре исторических исследований, об образовательном процессе и воспитании исторического сознания на территории Словакии. В книге, которую вы держите в руках, содержатся сведения и освещаются события и взаимосвязи в прошлом нашей страны, которые современные историки считают наиболее важными для анализа и трактовки основополагающих линий исторического развития в Словакии.

Словацкой историографии приходится преодолевать последствия ограниченности и замкнутости, обусловленные не только изоляцией в коммунистический период, но и частыми политическими переворотами в XX столетии. Каждый раз при перемене политического устройства официальная политика вынуждала историографию начинать как бы заново. Историография должна была истолковать и перестроить историческое сознание общества согласно текущим политическим установкам и тем самым создать фундамент мифологии данного государственного режима. С течением времени сменяли друг друга различные подходы: династический, венгерский национальный, чехословацкий, словацкий национальный и классовый. Все попытки абсолютизировать один, пусть и важный, элемент прошлого (династии, нации, государства, класса) оборачивались профанацией науки. Историография вступила в противоречие с многообразно структурированной реальностью истории, оторвалась от нее и стала конструировать свой собственный мир.

Лишь в краткие периоды «политической оттепели», как например, в конце шестидесятых годов, можно было публично выступить с собственным мнением и вести дискуссию по проблемам отечественной истории в откровенном ключе. К освобождению от официального диктата привела прежде всего логика результатов исследований, которые открывали гораздо более широкие горизонты тематики и методологии, чем навязанные официозом, ограниченные националистическим или классовым подходом представления о прошлом и настоящем. Сыграли свою роль и связи с мировой историографией, которые существовали всегда, несмотря на чинимые препятствия. Коммунистическая диктатура, однако, располагала большим набором инструментов давления и влияния, препятствовавших тому, чтобы накопленный и систематизированный фактический материал был положен в основу широкого обсуждения основной направленности словацкой истории и ее долговременных факторов. Не было научной дискуссии о пограничном положении Словакии на стыке многих культур, о том, что развитие Словакии проходило зачастую как бы во втором эшелоне европейского исторического процесса, о деформациях, вытекающих из ее государственно-правового статуса, и многих других проблемах, проявляющихся в образе жизни, эволюции и функционировании элит, в восприятии и передаче культурных стимулов и т. п. Иначе говоря, не обсуждались принципиальные проблемы так называемого «словацкого вопроса», которые могли бы послужить толчком к дальнейшему целенаправленному движению в ширь и глубь словацкой истории, а возможно, стать импульсом и для иных историографических исследований.

Последний переворот 1989 года и строительство демократического общества создали условия для плюрализма взглядов и интерпретаций национальной истории, который в большинстве историографии является обычным порядком вещей. Происходит постепенное избавление от стереотипа «деунгаризации», вычленения истории словаков из контекста истории Венгрии. Правда, иногда он подменяется или дополняется попытками «дебогемизации», в частности, преуменьшением значимости сосуществования с чехами в межвоенной демократической Чехословакии. Часть историков избирает традиционный односторонний подход: освещает исключительно борьбу словацкого этноса за выживание, другие сводят его историю к борьбе за собственную государственность. Но одновременно словацкая историография расширяет тематический диапазон, который оказывает влияние и на восприятие истории в целом. Приступают к изучению коллективной памяти, ценностных ориентиров, проблематики «гуманистического вызревания» общества, к анализу исторических альтернатив, начинают размышлять о постижении истории посредством изучения культурно-исторического процесса. Состояние и судьба общества во многом зависят от накопления знаний и других плодов культуры — духовного капитала, который создается многими поколениями, невзирая на революции и контрреволюции. Формирование «менталитетной карты страны» протекало не без проблем и вынужденных пауз, поэтому часть современных историков обращается к фактам прерывности, дисконтинуума или фрагментарности процессов, происходивших в словацкой истории.