Читаем История Беларуси полностью

Литература и просвещение в Древней Руси развивались вместе с проникновением в народную массу христианских начал и письменности и поддерживались живыми сношениями с Византией. Учреждение епархий и появление монастырей были ступенями в развитии просвещения. В Полоцке и Турове епархии появились очень рано. В Смоленске кафедра явилась позже. Она была учреждена князем Ростиславом Мстиславичем в 1197 году. Первым епископом был ученый грек Мануил. Хотя кафедра в Смоленске была образована сравнительно позднее, но и до нее город обладал достаточными для того времени литературными средствами для получения широкого образования. Это лучше всего видно из биографии одного из интереснейших деятелей Древней Руси — Климента Смолятича. По словам летописи, Климент был «книжник», какого не бывало на Руси. Эта характеристика, бесспорно, очень верная. В 1147 г. великий князь киевский Изяслав решил сделать его митрополитом и собор русских епископов посвятил в митрополиты этого схимника, пользовавшегося тогда уже широкой известностью, подвижника и ученого богослова. Климент был плодовитым писателем, но до настоящего времени открыто только одно его послание к своему старому другу — смоленскому священнику Фоме. Это послание вскрывает нам кругозор и интересы тогдашнего смоленского образованного общества. Оказывается, что Климент и его последователи допускали иносказательные толкования священного писания, опираясь в своих объяснениях на творения Гомера, Платона и Аристотеля. Противного направления держался некто Григорий, тоже смоленский «книжник», придерживающийся буквы священного писания. Обе спорящие стороны читали названных греческих авторов в подлиннике. Зная подобного рода факты, не приходится удивляться тому, что сообщается в житии преп[одобного] Авраамия Смоленского, написанном учеником его Ефремом. Это был иеромонах Успенского Смоленского монастыря, совершавший свои учительские подвиги в конце 12 в. Своими блестящими проповедями, касавшимися самых животрепещущих вопросов, Авраамий привлекал к себе все смоленское гражданство. Успех его был так велик, что городские церкви опустели: именитые люди, бедняки и рабы — все находили утешение в беседах преподобного. Но городское духовенство, монахи, даже некоторые из горожан, вооружились против Авраамия: «попы рыкали как волки, завидуя его популярности», говорит биограф. Пришлось проповеднику претерпеть гонения и поношения; однако, большинство граждан было за него и, сделавшись игуменом Богородицкого монастыря, Авраамий мог спокойно продолжать свою деятельность. Климент и Авраамий — блестящие звезды на смоленском горизонте. Но они представляли не случайное явление, потому что в Смоленске были школы, а переписывание рукописей и книг находило себе сбыт. В Смоленске не только были школы, но можно различить среди них [школы] обычного древнерусского типа, в одной из которых учился еще в детстве, напр., пр[еподобный] Авраамий, и школу высшего типа, где обучение основывалось на изучении греческого и латинского языков, и где митрополит Климент получил свое широкое философское образование. Около этой школы группировался кружок грецистов и латинистов, ведших между собою богословские и философские споры. Смоленские книгохранилища обладали обильным книжным материалом, что видно не только из произведений м[итрополита] Климента, но и по результатам той широкой начитанности, которой обладал преп[еподобный] Авраамий. Смоленск дал ряд прекрасных литературных произведений, начиная с посланий Климента, биографии Авраамия, написанной Ефремом и кончая повестью о Меркурии, путешествием Игнатия Смолянина в Палестину и Константинополь и мн. др.; много литературных памятников, однако, не дошло до нас, напр., Смоленская летопись. Вообще, в истории просвещения Древней Руси роль Смоленска столь же важна, как и роль старейшего из городов — Киева.