Все вышло по их желанию. Ибо король, ничуть не тронутый их увещеваниями, ответил, что ни за что не расстанется со своим любимцем и повторял это каждый раз. Когда герцог Роберт увидел, что тот тверд в своем решении, он начал переговоры с Генрихом Зарейнским о смещении короля. Он узнал, как тот был обращен в бегство королевскими людьми, поэтому дал ему клятву верности. Порадовавшись его согласию, тиран[70] немедленно начал усиленно готовиться к захвату королевства. Он много дарил, да и обещал бесконечно много. Тех, кого ему удалось склонить на свою сторону, он стал побуждать к открытой измене, говоря, что король уехал в Суассон, а белги, за исключением совсем немногих, его покинули. Поэтому, говорил он, обстоятельства благоприятствуют делу, уверяя, что можно легко и быстро захватить короля, если все они явятся во дворец, как бы на совет, и в опочивальне дворца, во время совещания, схватят короля. Это понравилось почти всем в Кельтике, и они поклялись тирану, что совершат это преступление. Прибыли во дворец и собрались на совет к королю; когда их пропустили в опочивальню, чтобы король их принял, они схватили его.

22. Архиепископ Херивей освобождает Карла, захваченного изменниками, и провожает его в Реймс

Они уже собирались уезжать, когда в город Суассон неожиданно прибыл архиепископ Херивей с войском. Тревожась за короля, он предугадал коварный поступок изменников. Сначала он явился с немногочисленным сопровождением, затем и все его люди были пропущены внутрь, с разрешения Рикульфа, епископа этого города. Окруженный воинами, вошел он в совет окаменевших изменников и грозно спросил: «Где мои король?» Из них только немногие были в силах ответить, чувствуя, что их уличили. Они, собравшись с духом, ответили:

«Внутри, совещается с некоторыми людьми». Архиепископ нашел ворота запертыми на засовы и, взломав их, увидел короля, сидящего в окружении нескольких человек. Ибо, захватив его, они приставили к нему стражей и заперли его. Архиепископ, взяв короля за руку, сказал ему: «Выходи, король, тебе лучше быть среди твоих друзей». Вот так архиепископ вывел его из толпы мятежников. После этого король сел на коня, выехал из города в сопровождении тысячи пятисот воинов и прибыл в Реймс. После его отъезда изменники, охваченные стыдом и понимая, что их провели, явились к Роберту и доложили ему, что их измена имела мало успеха. А король Карл с архиепископом и еще некоторыми, которые ранее покинули его, но потом вернулись, вняв мудрым советам, уехал в Бельгику и остановился в Тонгре; так как здешний архиепископ только что умер, он посвятил в епископы[71], с помощью архиепископа Германа, Хильдуина, избранного клиром и одобренного народом, мужа достойного и решительного, но склонного к интригам. Затем, после того, как тот был посвящен в епископы, он собрал тех сеньоров Бельгики, которые помогали герцогу Роберту в смещении короля, и простил их многочисленные замыслы против себя. И еще король, следуя доброму совету, обратился через посредничество архиепископа Херивея к герцогу Генриху[72], который управлял всей Саксонией. Тот, подстрекаемый Робертом, бросил короля вместе со всеми остальными.

23. Речь Херивея, архиепископа Рейнского, перед Генрихом, в пользу короля Карла

Представ перед ним, архиепископ от имени короля начал так: «До сих пор, о благороднейший муж, твоя мудрость, твое милосердие служили процветанию мира между сеньорами и согласию между всеми. Но с тех пор, как ты допустил в свою душу зависть, свойственную негодяям, вокруг тебя свил гнездо великий раздор. Поэтому господин наш король и просил меня приехать и увещевать тебя. До сего времени он восхищался немало твоими заслугами. Твоя доблестная верность, признанная им, помогала ему, внушала ему великое доверие к тебе во время многочисленных испытаний. Хотя король облечен всей полнотой власти, он не отрицает, что несколько ошибся в отношении тебя, но искренне намерен это исправить. Ведь его ошибка не столь велика и такое случалось и ранее. Каждый изредка ведет себя безрассудно, но добрые люди исправляются, внимая доводам рассудка. К таким вещам следует относиться милосердно и прощать их.

Ты же, первый среди германцев, сильно уклонился от верного пути. И это не удивительно. Ибо герцог Роберт, всегда жаждущий заполучить королевство и завидующий королю, соблазнил тебя, неосторожного, своими речами. Эти ли убеждения не достигли цели? Говорю вам, оба вы сильно сбились с истинного пути. Пусть же наконец лучший из вас вернется к добродетели. Оба вы должны предпринять все возможное, чтобы ты нашел короля в высшей степени к тебе расположенным, а король возымел в тебе человека достойнейшего.

Ибо он желает, чтобы ты стоял во главе всех, кто населяет Германию[73]. Взываю к лучшим сторонам твоей души, вернись к государю, которого ты оставил, и ты будешь им принят и возвеличен».