Читаем История полностью

7. Отсюда по суше до Гелиополя Египет широк, на всем пространстве ровен, обилен водою и тенист. Путь от моря вверх до Гелиополя по длине такой же, как тот, что идет из Афин от жертвенника Двенадцати богов до Писы к храму Зевса Олимпийского. Если бы кто сравнил эти две дороги, то нашел бы между ними лишь ничтожную разницу по длине, не более как на пятнадцать стадиев, а именно: дороге из Афин в Пису не достает только пятнадцати стадиев до тысячи пятисот, а дорога от моря до Гелиополя содержит в себе это последнее число стадиев полностью.

8. От Гелиополя далее вверх Египет узок. По одной стороне его тянется хребет Аравии с севера на юг, направляясь непрерывно вверх к так называемому Эрифрейскому морю. В этом хребте есть каменоломни, из которых добывали камень для пирамид в Мемфисе. Здесь хребет не тянется дальше, но поворачивает к упомянутой выше границе. Как я узнал, в самой широкой части хребет имеет два месяца пути в направлении с востока на запад. На восточных окраинах его растет ладан. Таков один из хребтов. Со стороны Ливии тянется другой хребет Египта, также скалистый, в котором сооружены пирамиды; он покрыт песком, тянется в том самом направлении, что и часть Аравийского хребта, идущая на юг. От Гелиополя вверх Египет занимает уже немного земли, так как на расстоянии четырнадцати дней плавания по реке он узок. Пространство, лежащее между упомянутыми хребтами, представляет гладкую равнину; однако, как мне кажется, Египет имеет здесь, в наиболее узком месте, между Аравийским хребтом и так называемым Ливийским, не больше двухсот стадиев. Дальше Египет широк. Таковы свойства этой страны.

9. От Гелиополя вверх до Фив девять дней плавания, а по суше – четыре тысячи восемьсот шестьдесят стадиев, или восемьдесят один схен. Если все стадии сложить, то получится длина Египта вдоль моря, отмеченная уже раньше, в три тысячи шестьсот стадиев; каково расстояние от моря в глубь страны до Фив, я скажу, именно шесть тысяч сто двадцать стадиев. От Фив до города, называемого Элефантиной, тысяча восемьсот стадиев.

10. Боўльшая часть названной страны, как я сам думал и как говорили мне жрецы, является добавленной. Для меня было очевидно, что пространство между названными выше хребтами к югу от Мемфиса составляло некогда морской залив, подобно тому как окрестности Трои, Тевтрания, Эфес и равнина Меандра, насколько позволительно малое сопоставлять с большим. Действительно, ни одна из рек, образовавших своими наносами эти местности, не может быть по величине сближаема даже с одним каким‑либо из устьев Нила, а устьев он имеет пять. Есть, однако, другие реки, не равняющиеся по величине Нилу и все‑таки сделавшие много. Поименно я назову из числа этих рек прежде всего Ахелой, который протекает через Акарнанию и изливается в море; он превратил в часть материка уже половину Эхинадских островов.

11. В Аравии недалеко от Египта есть морской залив, от Эрифрейского моря углубляющийся в материк, очень длинный и узкий, как я покажу. Длина залива от самого углубленного пункта до открытого моря сорок дней плавания для весельного судна; ширина залива в самом широком месте – полдня плавания. Прилив и отлив бывают там ежедневно. Мне кажется, и Египет был некогда таким же заливом; тянулся он от Северного моря* к Эфиопии, тогда как другой, Аравийский, от Южного океана к Сирии так, что бухтами своими они почти входили один в другой, разделяясь только узкой полосой земли. Если предположить, что Нил направил бы свои воды в Аравийский залив, то нет ничего невозможного в том, что этот залив через двадцать тысяч лет наполнился бы илом этой реки; впрочем, я полагаю, он наполнился бы илом и в десять тысяч лет. Почему же за время, протекшее до моего рождения, залив, правда, гораздо больший Аравийского, не мог бы наполниться илом столь большой и деятельной реки?

12. Этим рассказам о Египте я верю и сам думаю о нем совершенно то же, и вот почему: я видел, что Египет выступает в море дальше смежной страны, что на горах лежат раковины, а почва покрывается солью, выходящей из земли, разъедающей даже пирамиды, что из всех египетских гор одна только, проходящая выше Мемфиса, покрыта песком, что, кроме того, Египет не похож на пограничные страны, Аравию и Ливию, ни на Сирию – прибрежную полосу Аравии занимают сирийцы, – почва в Египте черноземная, рыхлая, так как она состоит из ила и наносов, отбрасываемых рекой из Эфиопии*. Ливия, напротив, как нам известно, имеет почву красноватую и песчаную, а Аравия и Сирия – глинистую и каменистую.