Читаем Истории московских улиц полностью

Несмотря на то что Полежаев давно не переиздавался, его произведения были известны публике, так как "ходили по рукам в тетрадках". Но большинство списков были неисправны, к цензурным правкам и сокращениям прибавились ошибки переписчиков, различные добавления и исправления. А.П.Лозовский для этого издания предоставил все имевшиеся у него рукописи Полежаева, свято хранимые им, и собственные списки стихов друга, сделанные при его жизни и им просмотренные. По ним Кетчер выправил издаваемые тексты.

Предваряющая стихотворения Полежаева статья В.Г.Белинского сокращенный вариант его рецензии на один из сборников - не представляла собой более или менее полный очерк жизни и творчества поэта, но само имя автора статьи давало читателю ориентир, под каким углом зрения следует рассматривать творчество Полежаева.

В "Приложениях" к основному составу сборника Полежаева даны фрагменты из неоконченных поэм, переводы и - самое любопытное из приложений - "Список слишком уж плохих стихотворений, не вошедших в это издание". В этот список, кроме действительно слабых вещей, вошли и те, которые запретила еще николаевская цензура, и по существующему положению ее запрет оставался в силе. Таким образом, список информировал читателя и об этих произведениях Полежаева.

Строгий, почти академический характер и даже внешний вид издания словно бы утверждали, что творчество Полежаева уже переступило ту грань, которая разделяет новинку и произведение с устоявшейся репутацией, чья судьба - стать классикой. Действительно, с этого издания А.И.Полежаев занял свое место в ряду имен русской классической поэзии.

Своевременность и актуальность издания Полежаева тогда же нашли подтверждение в том, что через год потребовалось новое издание "Стихотворений А.Полежаева" - явление само по себе в практике издания поэзии редкое.

В 1858-1861 годах в доме, о котором идет речь, помещалась также редакция журнала "Библиографические записки", издававшегося Н.М.Щепкиным. В нем было напечатано много ценных для истории русской литературы материалов - рецензий, исследований, публикаций неизданных произведений А.С.Пушкина, М.Ю.Лермонтова, Н.В.Гоголя и других. Публикации "Библиографических записок" до нашего времени сохраняют свое научное значение.

В 1870-е годы наследники знаменитого антиквара Д.А.Лухманова продали оба построенных им дома в чужие руки, и новые владельцы перестроили их, вернее, построили почти заново во вкусе и требованиях нового времени. Такой облик они сохраняют доныне.

В конце XIX - начале XX века владельцем углового дома, который выходит и в Варсонофьевский переулок, был купец Леонтий Данилович Бауер ("Иностранные вина"), соседнего, выходящего только на Большую Лубянку, Зинаида Александровна Морель, вдова московского купца, потомственная почетная гражданка, из семьи ювелиров, имевших магазины на Никольской, Мясницкой, Арбате. Перед революцией в этих домах разместились конторы четырех страховых компаний: "Якорь", "Русский Ллойд", "Помощь" и одно из старейших страховых учреждений "Российское общество застрахования капиталов и доходов", основанное в 1835 году.

Интересно, что свое название "Якорь" страховая компания как бы унаследовала от названия помещавшихся в начале века в одном из соседних домов меблированных комнат, содержавшихся Афанасием Яковлевичем Добычиным. После водворения на Большой Лубянке страхового общества "Якорь" меблированные комнаты с тем же названием переместились на Тверскую-Ямскую, там они уже в статусе гостиницы просуществовали много десятилетий.

Нынешний дом № 13, протянувшийся до Большого Кисельного переулка, когда-то также составлял два владения. Левая часть участка с середины ХVIII до середины ХIХ века последовательно находилась во владении купца Ивана Струнина, князей Мещерских, банкира Якова Рованда, действительного статского советника Безобразова, в 1858 году ее покупает купец Егор Сергеевич Трындин, чья торговля "оптическими товарами" известна в Москве с 1809 года.

Правое владение, выходящее на Лубянку и в Большой Кисельный переулок, в первой половине ХVIII века принадлежало князю Сергею Дмитриевичу Кантемиру - сыну молдавского господаря Дмитрия Кантемира и брату известного поэта-сатирика Антиоха Кантемира.

После смены нескольких владельцев в 1866 году и это владение перешло к Трындиным.

Наследники Е.С.Трындина братья Сергей и Петр на объединенном участке в 1880-е годы строят новые здания по проекту модного архитектора А.Е.Вебера, выпускника Венской художественной академии, много строившего в Москве, среди его работ - ресторан "Славянский базар" на Никольской, южное крыло Политехнического музея. В 1902-1904 годах здания еще раз кардинально перестраиваются по проекту того же Вебера.