Читаем Истории Эписа. Некромант полностью

Лишь слегка дернув за поток, я сделала глоток. Совсем немного ее боли, терпкой и вяжущей рот. Обжигающей горло. Я не могла убрать это совсем. Но хоть немного затормозить то, что сейчас уничтожило девушку изнутри. Зрачки Елены расширились заполняя радужку. Девушка дернулась, но, почувствовала секундное облегчение, заколебалась. Да, наше тело слабо. Если мы находим что-то, дарующее облегчение — мы тут же тянемся к этому. Вот и сейчас Марил смирно стояла, ожидая продолжения. Перехватив кисть Елены удобнее, я потянула еще чуть-чуть. Второй глоток пошел легче, охотнее вливаясь в переполненный и без того резерв.

Что происходит с потоками?

Смутную мысль в пьянящем сознании прервал Крейн.

Эрик схватил Елену в охапку, а та повисла в его руках, теряя сознание. Осирис вздохнул, перехватывая бесчувственное тело. По-моему я закатила глаза. Не совсем по взрослому, Вел.

Но вот это сейчас было, конечно, очень вовремя. Небольшой запас времени, конечно, был. Не стоило так реагировать, резко отворачиваясь от Осирис, скрывшегося за дверью.

Присев рядом с телом Марил, я легонько провела по ледяной коже пальцами. Мертвое. Неужели я действительно могла одним вздохом изменить это? Поэтому сейчас было так мерзко внутри?

Последним вздохом.

Георг суетился, пытаясь убрать остатки наведенного в морге беспорядка. Святыня Доктора Смерти, его обитель. Края его белого халата окунулись в чай, отчего Георг, выругавшись, решил все же скинуть его. Осирис неловко подбирал инструменты с пола, сваливая их в лоток. Лязганье и тихие ругательства отвлекали от мыслей. Все валилось из рук Осириса, но, наконец, он приловчился, со сноровкой заправского баскетболиста отправляя инструментарий в железную емкость.

Хотя от таких стоило и отвлечь.

Наконец, поднявшись с колен, Осирис отряхнул брюки и присел на соседнюю кушетку, поправляя на носу очки.

— Манти, судя по выражению лица, рискну предположить, что ты ревнуешь? — кажется я почувствовала, как брови поползли вверх, — О, дорогая, не стоит так удивляться. Я тоже был молодым и прекрасно знаю, как выглядит это чувство. Поверь мне, сейчас оно очень ярко светится прямо у тебя на лбу.

Насмешливый взгляд, сквозь очки-половинки. Белая челка, взмокшая от напряжения. Георг притягивал взгляд, так что все его истории про возраст были лишь лукавством. Конечно Осирис скорее всего уже ощущал приближение Безмолвной. Хотя за три дня особых изменений не произошло, но тревожная седина на висках говорила за себя. Да и перерезающая лоб морщина наводила не на самые приятные мысли.

Неужели и с Эриком будет так? Крейн будет молод и красив, пока в один день просто не исчезнет из Мира. Рядом с Осирис могла быть только такая же, как он. Ведь даже если на секунду предположить, что у нас все получилось, то что ждет нас через двадцать лет? Сорок? Я, похожая на Анну больше, чем на себя саму, и он, совсем не изменившийся.

— Валери, — мягкий голос Осириса вырвал меня из размышлений, — послушай меня. Выкинь ты уже из своей головы предрассудки, которыми сама же ее наполнила, — я хмыкнула, но Геогр зацокал языком, привлекая внимание, — посмотри внутрь себя. Ведь ты не ненавидишь его. Себе же можешь не врать? Просто сама твоя жизнь заставила покрыться коконом. Ты сама не веришь, что тебя можно любить просто так, — Георг отвел взгляд, пожав плечами, — будь я Рабосом, наверное, со мной случилось бы подобное, — прохладные руки сжали мои ладони на секунду, но тут же отпустили, — то, что он чувствует, вызвала не какая-то древняя магия, Валери. Это древнюю магию вызвало то, что он чувствовал, понимаешь? — легкая улыбка тронула его губы, — а она бы просто не сработала, если бы это было не взаимно. Помнишь? Как там было, — Георг откашлялся, прочищая горло, — Обдало жаром их обоих, не в силах были расцепить объятия.

Внимательный взгляд, проникающий куда-то сквозь меня. Мудрый Доктор Смерти. Друг мертвых, проводник здесь, на земле. Он так стремился помочь всем, Эрику, мне. Этим несчастным, лежащим на столе. Успеть. Ведь уже никто был не в силах помочь ему. Разве вот так справедливо, Безмолвная?

— Тогда почему не каждый Осирис встречает свою Исиду? — задала я вопрос, который уже очень давно крутился в голове.

Если это все правда.

Если это действительно было не безумие Крейна.

— Если тебе интересно мое мнение, Валери, то я думаю, что не каждый Осирис силен настолько, чтобы получить этот Дар, — сняв очки, Георг тщательно принялся протирать их краем футболки, — мы все встречаем и любим кого-то. Ведь это действительно прекрасное чувство живет абсолютно в любом человеке. Кто-то встречает своего человека, кто-то нет. Просто Крейн способен любить пропорционально его силе, если тебе угодно, — и, нацепив очки на нос, Георг снова улыбнулся, — ну а еще каким-то абсолютно неизвестным образом, Эрик осмелился посмотреть дальше того места, куда все говорили смотреть. Ведь он лишь один из немногих Осирис, который воспитывался в Доме Рабоса. Кстати, как тебе такая мысль, что Исида была Рабосом?