— Ну, я всё же беспокоюсь об одной вещи, — глаза Кэтрин расширились. — Кто будет сопровождать меня на бал? — она раскачивала свой зонтик взад и вперёд и смотрела на землю, как будто продумывая тяжёлое решение. Моё сердце учащённо забилось, когда она подняла глаза на нас обоих.

— Я знаю! Давайте устроим гонку. Победителем будет тот, кто сможет заполучить меня! — она бросила свой зонт на землю и убежала в центр лабиринта.

— Брат? — спросил Деймон, подняв бровь.

— Готов? — улыбнулся я, как будто это было обычное детское состязание по бегу на скорость. Я не хотел, чтобы Деймон узнал, как быстро билось моё сердце и как сильно я желал поймать Кэтрин.

— Вперёд! — крикнул он. Я сразу же начал бежать. Мои руки и ноги заработали с бешеной скоростью, и я ворвался в лабиринт. Когда мы учились в школе, я был самым быстрым мальчиком в классе, быстрым, как молния, когда звенел школьный звонок.

Тут я услышал раскат хохота. Я обернулся. Деймон стоял, согнувшись пополам и хлопал себя по коленке. Я жадно глотал воздух, стараясь не выглядеть запыхавшимся.

— Боишься соревноваться со мной? — сказал я, вернувшись к нему, и ударил его по плечу. Я предполагал, что это будет шутливый удар, но он получился тяжеловесным и с глухим звуком.

— Ох, ну сейчас мы начнём, брат! — сказал Деймон, его голос был весёлым и полным смеха. Он схватил меня за плечи и с лёгкостью повалил на землю. Я стал отбиваться ногами и блокировал его, перебросив его на спину и прижимая его запястья к земле.

— Думаешь, что всё ещё можешь сделать своего младшего брата? — дразнил я, наслаждаясь своей мгновенной победой.

— Никто не пришёл за мной! — Кэтрин с надутыми губками вышла из лабиринта. Её хмурый вид быстро превратился в улыбку, когда она увидела тяжело дышавших нас на земле. — Отлично, я здесь, чтобы спасти вас обоих.

Она опустилась на колени и прижалась губами сначала к щеке Деймона, а потом к моей. Я отпустил запястья Деймона и встал, стряхивая грязь со своих брюк.

— Видите? — спросила она, подавая руку Деймону. — Всё, что вам нужно, это поцелуй, чтобы всё пошло лучше — хотя вам, мальчики, не стоит быть такими грубыми друг с другом.

— Мы боролись за тебя, — сказал Деймон лениво, не утруждая себя вставанием на ноги. В этот момент топот конских копыт прервал нас. Альфред спешился и склонил голову перед каждым из нас. Должно быть, это было то ещё зрелище: Деймон лежал на траве, закинув руки за голову, как будто он просто отдыхал, я лихорадочно пытался стереть пятна от травы со своих штанов, а Кэтрин стояла между нами и радостно улыбалась.

— Простите, что отвлекаю, — сказал Альфред. — Но господин Джузеппе хочет поговорить с господином Деймоном. Это срочно.

— Конечно это срочно. У отца всегда всё срочно. На что держишь пари, что это очередная нелепая теория, которую ему нужно обсудить?

Кэтрин подняла свой зонтик с земли.

— Я тоже должна идти. Я вся растрёпана, а я договорилась с Перл посетить аптеку.

— Идём, — сказал Альфред, жестом приглашая Деймона запрыгнуть на спину его лошади. В то время как Альфред и Деймон умчались верхом, мы с Кэтрин медленно пошли обратно на каретный двор. Я хотел снова поднять тему Бала Основателей, но обнаружил, что боюсь сделать это.

— Тебе не нужно подстраиваться под меня. Возможно, тебе стоит сохранять дружбу с братом, — посоветовала Кэтрин. — Похоже, твой отец лучше всего преуспел в лишь в вас двоих, — заметила она. Её рука слегка задела мою, и она обхватила моё запястье. Затем она поднялась на цыпочки и позволила своим губам коснуться моей щеки. — Приходи увидеться со мной сегодня ночью, милый Стефан. Мои комнаты будут открыты.

С этими словами она внезапно сорвалась на энергичный бег.

Она была похожа на жеребёнка, свободно несущегося галопом, и я чувствовал, как моё сердце несётся вместе с ней. Не было сомнения: она чувствовала то же, что и я. И знание этого заставляло меня чувствовать себя более живым, чем когда-либо в моей жизни.

Глава 15

Как только спустились сумерки, я прокрался вниз по лестнице, открыл заднюю дверь и на цыпочках вышел на траву, уже увлажнённую росой.

Я был особо осмотрительным, поскольку поместье окружали горящие факелы, и я знал, что отец был бы крайне недоволен, что я рискнул выйти на улицу после наступления темноты.

Но гостевой домик был лишь на расстоянии брошенного камня от моего дома — около двадцати шагов от крыльца.

Я крался через двор, оставаясь в тени, и чувствовал, как сердце вырывается из груди.

Я совсем не беспокоился о нападениях животных или о творениях ночи.

Я больше заботился о том, что буду обнаружен Альфредом или, ещё хуже, отцом.

Но идея того, что мне не удастся увидеть Кэтрин этой ночью наводила на меня истерику.

В очередной раз густой туман покрыл землю и взвился к небу, такие причудливые изменения в природе вероятнее всего были вызваны сменой времён года.

Я убеждался, что никто меня не видит, оглядываясь по сторонам, пока бежал от ивового дерева к лошадиной тропе и вверх по ступеням крыльца домика для гостей.

Я задержался перед побелённой дверью.