Читаем Источник Судьбы полностью

Закрытие: Поместите готовые жребии в мешочек или в коробку, в которых они будут храниться, и пропойте короткий заключительный стих:


Ныне дело СделаноС помощью силыСвященных рун.Да будет так !


БРОСАНИЕ РУН


Не каждое бросание или раскладывание рун должно производиться торжественно. Однако истинный мастер рун всегда использует полный ритуал для решения наиболее важных вопросов. Иногда ритуал может выглядеть как «магический оверкиль 29»; во многих случаях в ходе ритуала разрушаются связи между внутренним миром и миром внешним; зато - велика вероятность постижения смысла «истинного», пребывания «в знаке». С традиционной точки зрения, такая работа сама по себе значит не меньше, чем собственно прорицание; это - целое действие.


Подготовка: При полном ритуале рунического прорицания белаягадательная ткань размещается перед алтарем (если он используется) одной плоской стороной на север. В зависимости от типа бросания или расклада «сиденье тула» должно находиться либо на юге от ткани, либо на севере от нее, перед алтарем (см. рис. 5.2).


Открытие: Совершите Обряд Молота, описанный выше.


Призывание норн: Повернувшись лицом на север в позе руны elhaz, призовите силу норн помочь вам бросить и прочесть руны:


Из домов, все-сокрытых,из путей все-широких,должен я назвать норни призвать дисов встать рядом.(Пауза)Урд-Верданди-Скульд.


Произнося эти стихи, маг концентрируется на привлечении «норнических сил» на двух уровнях: во-первых, личных норн (с чьей помощью могут быть открыты каналы «рунических потоков», и, во-вторых, Великих Норн, которые суть безличная динамичная матрица постоянного изменения.

5.2.Размещение элементов ритуала бросания рун


Вопрос: Теперь в течение некоторого времени в молчании сконцентрируйтесь на вопросе, собирайте самую его суть в вашей руке, которой перемешивайте ставы или трясите коробку или чашу с ними. Когда почувствуете, что связь между силами норн и вашим вопросом установлена, произнесите про себя или вслух заклинание:


Runar radh rett radh!илиРуны, шепчите верный совет! 30


Бросание: Теперь, пристально глядя вверх (на Полярную Звезду, если вы на открытом воздухе), бросайте рунические жребии на белую ткань, лежащую перед вами. Пока жребии падают, призывайте:

Урд-Верданди-Скульд.

(Примечание: если вы используете метод прорицания, связанный с тем, как именно лягут руны после бросания их на ткань, то формулируйте вопрос во время перемешивания рун, бросайте их и завершайте процесс формулами Runar radh rett radh ! и Урд-Верданди-Скульд.)


Обращение к Одину: После того, как жребии упали на ткань, гадающий, все еще пристально глядя вверх, выходит из elhaz-положения и произносит:


Один, открой мой глаз, которым я смогу увидеть знаки и прочесть руны верно. (Пауза)Один-Вили-Ве !


Произнося эти слова, вы включаете ваше внутреннее видение, необходимое, чтобы выбрать жребии.

(Примечание: можно, при желании, заменить обращение к Одину обращением к Фригг.)


Выбор: (Пропустите этот пункт, если вы используете метод, в котором чтение совершается по тому, как жребии упали на ткань.) Затем, с глазами, все еще направленными вверх, следует опуститься на колени и вслепую выбрать необходимое для используемого метода число жребиев. Очень важно, разумеется, держать жребии именно так, как они упали на ткань (т.е. не переворачивая их). Кладите жребии аккуратно, по одному, по мере того, как вы их выбираете.

(Примечание: при использовании любого рода рунических раскладов, жребии или карты должны сразу выкладываться в необходимой конфигурации.)


Чтение: Если вы используете «сиденье тула», то именно сейчас следует сесть на него (по-прежнему лицом к северу) и выкладывать жребии в порядке, соответствующем используемому методу - на алтарь или на белую ткань. Если расклад следует читать сразу, на ткани, то помесите «сиденье тула» к югу от нее и изучите полученную конфигурацию рун. Сосредоточьтесь, прежде чем читать их (особенно - если вы читаете для других) и произнесите следующие строки, созданные на основе фрагмента из «Речей Высокого» (ст.111):


Пора мне с престолаТула поведатьУ источника Урд:Смотрел я в молчанье,Смотрел я в раздумье,Слушал Высокого слово.Говорили мне руны,Давали советыВ доме Высокого.Так я их слышал,Так прочитал их.


Закрытие: После того, как чтение завершено, закончите традиционными словами:

Перейти на страницу:

Похожие книги

Медвежатник
Медвежатник

Алая роза и записка с пожеланием удачного сыска — вот и все, что извлекают из очередного взломанного сейфа московские сыщики. Медвежатник дерзок, изобретателен и неуловим. Генерал Аристов — сам сыщик от бога — пустил по его следу своих лучших агентов. Но взломщик легко уходит из хитроумных ловушек и продолжает «щелкать» сейфы как орешки. Наконец удача улабнулась сыщикам: арестована и помещена в тюрьму возлюбленная и сообщница медвежатника. Генерал понимает, что в конце концов тюрьма — это огромный сейф. Вот здесь и будут ждать взломщика его люди.

Евгений Евгеньевич Сухов , Елена Михайловна Шевченко , Николай Николаевич Шпанов , Евгений Николаевич Кукаркин , Мария Станиславовна Пастухова , Евгений Сухов

Боевик / Детективы / Классический детектив / Криминальный детектив / История / Приключения / Боевики
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное
Кузькина мать
Кузькина мать

Новая книга выдающегося историка, писателя и военного аналитика Виктора Суворова, написанная в лучших традициях бестселлеров «Ледокол» и «Аквариум» — это грандиозная историческая реконструкция событий конца 1950-х — первой половины 1960-х годов, когда в результате противостояния СССР и США человечество оказалось на грани Третьей мировой войны, на волоске от гибели в глобальной ядерной катастрофе.Складывая известные и малоизвестные факты и события тех лет в единую мозаику, автор рассказывает об истинных причинах Берлинского и Карибского кризисов, о которых умалчивают официальная пропаганда, политики и историки в России и за рубежом. Эти события стали кульминацией второй половины XX столетия и предопределили историческую судьбу Советского Союза и коммунистической идеологии. «Кузькина мать: Хроника великого десятилетия» — новая сенсационная версия нашей истории, разрушающая привычные представления и мифы о движущих силах и причинах ключевых событий середины XX века. Эго книга о политических интригах и борьбе за власть внутри руководства СССР, о противостоянии двух сверхдержав и их спецслужб, о тайных разведывательных операциях и о людях, толкавших человечество к гибели и спасавших его.Книга содержит более 150 фотографий, в том числе уникальные архивные снимки, публикующиеся в России впервые.

Виктор Суворов

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное