Читаем Истинный мудрец полностью

Я не имею в виду хиппи, потому что хиппи вернется рано или поздно. Он должен вернуться. Вот почему нет старых хиппи — только молодежь. К тридцати годам они возвращаются к установленному. Они начинают бояться. К тридцати годам они женятся, имеют детей. Что же теперь делать? Они возвращаются к установленному. Теперь их дети станут хиппи, но они сами станут сквайрами.

Даже когда хиппи оставляют общество, они создают свое собственное. Тогда они начинают принадлежать этому обществу.

Если вы хиппи и не носите длинные волосы, вы становитесь чужим для хиппи. Если вы хиппи и не грязный, умываетесь и пользуетесь полотенцем, вы не подходите. У них свои правила, у них свое, противоположное общество. Оно мало, но у них есть свои правила, формы, манеры, язык, система отношений, и они традиционны, как и все другие. Может быть это традиция наоборот, но это традиция. У них свой конформизм.

Настоящий выпавший тот, кто выпал внутренне. Внешне он продолжает жить, находиться в обществе, потому что от этого никуда не уйдешь. Но в глубине он не там. Он закрывает глаза — и больше он не член общества. Когда он приходит домой, он забывает завод, рынок, свое учреждение — все. Общество остается снаружи; он не пускает его внутрь. Вот что я имею в виду, говоря "выпавший".

Выпадение — это впадение внутрь! Впадите внутрь и вы будете настоящим выпавшим.

ВОПРОС Когда к нам придет любовь? Для меня, чем больше я ухожу внутрь, тем меньше во мне любви. Мне кажется, что я потерял потребность в выражении любви к другому, особенно к тем, кого я любил раньше: девушке, матери, друзьям...

ОТВЕТ Когда к нам придет любовь? Это действительно трудно понять, потому что это не имеет отношения к пониманию.

Георгий Гурджиев никогда не говорил о любви за всю свою жизнь. Он не написал ни строчки о любви. Однажды ученики крепко насели на него: "Вы никогда не говорили ничего о любви. Почему вы не говорите о любви? Скажите хоть несколько слов".

Гурджиев сказал: "Для таких, как вы, любовь невозможна. Пока вы не узнаете любовь, все, что я скажу, останется непонятым". Он собрал все свои чувства о любви в одно предложение. Он сказал: "Если вы можете любить, вы можете быть; если вы можете быть, вы можете действовать; если вы можете действовать, вы есть". Потом: "Не принуждайте меня больше, я мало что смогу добавить".

Любовь обычно невозможна. Любовь — это... Для таки^х, какие вы есть, любовь — это... Она невозможна. Вы не можете любить, потому что, прежде всего, вас нет; вы только думаете, что вы есть.

Вы не едины, вас толпа. Как вы можете любить? Одно "я" влюбляется, другое ничего об этом не знает. Одно "я" говорит, что любит, другое в то же время думает о ненависти, третье уже погрузилось в ненависть.

Вас целая толпа внутри; вы не кристаллизовавшееся целое, вы не едины. А любить может только тот, кто един.

Любовь — это не отношение. Любовь — это состояние существа. То, что вы называете любовью, не есть любовь. Вот почему это происходит: чем больше вы уходите внутрь, тем меньше, вам кажется, в вас любви, потому что названное вами любовью ею не было. Она была поддельной, ненастоящей. Она относилась к личности, миру лжи, поддельному.

Когда вы погружаетесь внутрь, вы уходите от личности. Вы уходите от чувства, о котором ваша личность думала, что это любовь. Не бойтесь. Ложь отбросить хорошо, потому что, когда ложное отброшено, появляется настоящее. Вскоре, когда вы укоренитесь в глубине, появится совсем другая любовь. Но тогда она не будет необходимостью. Тогда она не будет желанием. Тогда она не будет отношением. Вы будете любовью, это станет просто свойством вашего существа. И тогда вкус у этого совсем другой. Тогда любовь никак не создаст ограничений. Тогда вы в необусловленном. Тогда ваша любовь — это просто способ существования. Вы сидите с любовью. Вы стоите с любовью. Вы двигаетесь с любовью. Вы смотрите с любовью. Тогда все, что вы делаете, имеет свойство любви.

Случилось так: хасидский Мастер странствовал со своими учениками. Они вошли в караван-сарай и остановились там на ночь. Поутру хозяин караван-сарая по*дал завтрак и чай. Когда они пили чай, хозяин вдруг упал к ногам Мастера, плача и смеясь одновременно.

Ученики были ошеломлены. Откуда он узнал, что этот человек — Мастер? Это было секретом, и ученикам было велено никому не открывать, кто Мастер. Мастер странствовал тайно. Кто открыл тайну хозяину караван-сарая? Ученики встревожились. Узнали: никто не рассказывал, никто даже не говорил с этим человеком.

Мастер сказал: "Не удивляйтесь. Спросите его сами, как он узнал меня. Никто не говорил ему; он узнал".

Вот они обратились к хозяину: "Мы распознать не можем. Мы даже сомневаемся, просветленный он или нет. А мы прожили с ним много лет. Все же иногда возникает подозрение. Как ты узнал?"