Читаем Истина школы полностью

Мы не «маленькие человечики», от которых мало что зависит. Кто унизит себя до «маленького человека», тот не учитель, и пусть не мешает божественному делу образования. Но, осознав свою силу и миссию, пусть не возгордится, а исполняет свой долг творчески, преданно, с любовью и терпением.

А методы, а программы и учебники?

А так называемые «новые технологии образования»?

Кто нам ответит на этот вопрос?

Тот, кто знает больше нас и видит дальше нас, потому и называем мы его классиком мировой педагогики, Метром. Это Константин Дмитриевич Ушинский.

Вот его мысли – ответы:

– Как бы ни были подробны и точны инструкции по воспитанию и обучению, они никогда не могут заменить собой недостатка убеждений в учителе.

– Учитель, поставленный лицом к лицу с учеником, в самом себе заключает всю возможность успехов воспитания.

– Главнейшая дорога человеческого воспитания есть убеждение, что на убеждение можно только действовать убеждением.

– Всякая программа преподавания, всякая метода воспитания, как бы хороша она ни была, не перешедшая в убеждение воспитателя, остаётся мёртвой буквой, не имеющей никакой силы в действительности.

– Самый бдительный контроль в этом деле не поможет. Воспитатель никогда не может быть слепым исполнителем инструкции: не согретая теплотой его личного убеждения, она не будет иметь никакой силы.

– Нет сомнения, что многое зависит от общего распорядка в Школе, но главнейшее всегда будет зависеть от личности непосредственного воспитателя, стоящего лицом к лицу с воспитанником.

– Влияние личности воспитателя на молодую душу составляет ту воспитательную силу, которой нельзя заменить ни учебниками, ни моральными сентенциями, ни системой наказаний и поощрений.

– Многое, конечно, значит дух Школы; но этот дух живёт не в стенах, не на бумаге, но в характере большинства воспитателей и оттуда уже переходит в характер воспитанников.

Вот кто мы есть, какая в нас сила.

Учитель всегда великий. Он не есть обычный человек, а есть явление надобщественное. Пусть труд его не заметен земным глазом, но небеса видят пот души учителя.

Протягиваю руку к Антологии Гуманной педагогики, беру зелёный томик, раскрываю на любимой странице и в который раз вчитываюсь в мысли Николая Константиновича Рериха: «Ни один завоеватель не может изменить сущность масс, ни один государственный деятель не может поднять мировые дела выше идеи и способностей поколения взрослых, с которыми он имеет дело. Но учитель – я употребляю это слово в самом широком смысле – может совершить больше, нежели завоеватель и государственные главы. Они, учителя, могут создать новое воображение и освободить скрытые силы человечества».

Вот кто мы есть и какая в нас сила.

Учитель – садовник духа, он – сеятель, а не жнец, и сеет он невидимые семена – это есть Истина Школы.

Создавать новое воображение и освобождать скрытые силы человечества – это тоже есть Истина Школы.

* * *

Благословенны пути восхождения к совершенству и красоте!

Кто устремит Школу к совершенству и красоте?

А разве есть кто-либо, у кого сердце за Родную Школу болит больше, чем у нас?

Школа не где-то там, вне нас и вдали от нас, а внутри самих нас. Мы все вместе и каждый из нас в отдельности есть Школа, есть носитель Скале.

С чего нам нужно начинать?

Пора кончать с «педагогической» какофонией в Школе.

Пора, чтобы в Школе зазвучала гармоничная Божественная Педагогическая Симфония.

Ученикам плохо в школе, где каждый учитель делает «своё дело», не думая о том, что дело его есть часть общего.

Несогласованность учительских деяний отражается на наших детях – делает их душу беспокойной.

Послушайте, что скажет нам ребёнок через Константина Дмитриевича Ушинского:

«Ребёнок стоит перед нами во всей невинности и чистоте своей души и требует от нас положительной мудрости, а не отрицания того, чего дитя не ведает. «Чего вы хотите от меня? – спрашивает оно нас: – что вы хотите из меня сделать? Что вы называете хорошим? К чему вы сами стремитесь и меня направляете? Мне нет дела до ваших заблуждений; укажите мне прямую дорогу, не говорите мне, что вы ненавидите, а скажите, что вы любите; не говорите мне, что вы рушите, а говорите мне, что вы хотите строить; не говорите мне, чего вы не желаете, а скажите мне, чего желаете». Но что же мы скажем в ответ на эти вопросы?»

Как нам быть?

Может быть, так: пусть каждый из нас поступит, как считает нужным, и ответит, как знает?

Тогда что же делать нашему ученику?

Он же один, а учителей в его жизни много, и каждый несёт ему свои ответы, каждый требует от него своё по-своему, каждый навязывает ему свой характер и каждый вроде бы делает себя мерой истины!

Это и есть «педагогическая какофония».

Действительно, что мы хотим от «дитяти», куда мы его ведём? А сами куда направляемся?

* * *

Нам нужна цель.

Цель нашей педагогической жизни.

Цель обеспечит наше единение и даст направление нашему устремлению. Устремлённость без цели не существует.

Какая должна быть цель?

Жизненно необходимая, как закон.

Возвышенная и достойная для человека.

Красивая.

Что же может стать такой целью?

Рискну провести с вами социологическое исследование.