Читаем Испытания на человечность полностью

Лев Кассиль отмечал как-то, что повести А. Алексина утверждают: взрослость - понятие не столько возрастное, сколько нравственное, она определяется не датой рождения, указанной в паспорте, а поступками человека. И Алексин позже не раз соглашался с тем, что именно эта мысль определяет его взгляд на своих героев, на происходящие в их жизни события.

Произведения А. Алексина при всей драматичности многих сюжетных коллизий полны оптимизма, юмора, веры в победу света и справедливости. Юмор в них абсолютно естественно переплетается с серьезными нравственными проблемами, к примеру, в повести "Мой брат играет на кларнете". Казалось бы, на что уж локален, внешне вроде бы незначителен конфликт в этой повести: младшая сестра из любви к своему брату - одаренному музыканту, стремясь, как ей кажется, спасти его яркое будущее, идет на то, чтобы разорвать отношения брата с девушкой, которую он полюбил и которая, как убеждена Женька, погубит его музыкальную карьеру. Вот как будто и все... Но столько психологически верного материала вскрывает писательский анализ, так сложны переплетения наивной доверчивости брата и честолюбивых замыслов сестры, решившей посвятить всю свою жизнь "будущему знаменитому музыканту", столь точно воспроизведение атмосферы школьной жизни и взаимоотношений школьников, что, прочитав повесть до конца, с некоторым удивлением убеждаешься: на каких-то тридцати страничках книжного текста писатель смог сказать очень много. В немудреной на первый взгляд житейской ситуации он обнажает непростой, многозначный смысл "самоотверженности" сестры. В конце повести брат говорит Женьке о деспотичности людей, которые "превращают в свои жертвы тех, ради которых хотят всем на свете пожертвовать".

За последние годы в творчестве Анатолия Алексина наметились новые тенденции. Я имею в виду написанные им повести: "Действующие лица и исполнители" и "Позавчера и послезавтра". В них писатель стремится более многогранно исследовать проблемы личной ответственности человека за себя, за окружающее, пытается в полный голос говорить о месте человека в этом мире, о связи времен и поколений.

Он резче, нежели раньше, показывает столкновение гуманистических принципов нашего общества с моралью тех людей, которые держатся за вчерашний день, тормозят наше движение к коммунистическому устройству жизни.

В "Действующих лицах и исполнителях" с первых же страниц разгораются страсти, накаляются отношения. Возникает непримиримый конфликт между главным режиссером детского театра Патовым и коллективом талантливых актеров во главе с молодым режиссером-стажером Андреем Лагутиным. Писатель столкнул не только духовную одержимость с творческим бесплодием, художническое горение с чиновничьим равнодушием. Он раскрывает и самую тяжкую беду в характере главного режиссера детского театра Патова: он, оказывается, не любит детей. Эта беда становится и самой тяжкой его виной. Актриса Зина Балабанова говорит однажды о Патове директору театра Ивану Максимовичу - подлинному и трогательному другу юности: "А вы заметили, какое слово он чаще всего произносит в качестве... ну, ругательства, что ли? Он ругается словом "детство"! Вы разве не слышали? Когда он особенно возмущен, то восклицает:

"Это какое-то детство!.."

Вина Патова и трагизм его положения в том, что он занимает "чужое место", как бы исполняет "чужую роль".

Спор Патова с Зиной Балабановой и Андреем Лагутиным очень важен для понимания творческих принципов А. Алексина: писатель выразил здесь свое глубокое убеждение в том, что детство и юность - не только подготовка к будущему, а один из самых ярких и значительных периодов в жизни любого человека. Патов не верит в духовные возможности детей, в их способность все понимать, по-настоящему чувствовать и страдать. А Зина и Андрей и в искусстве и в жизни общаются с детьми на равных, как с людьми, а не как с б уд у щи ми людьми.

Во имя детства и юности трудятся все истинные рыцари театра, показанные в повести "Действующие лица и исполнители": директор ТЮЗа Иван Максимович, Андрей, Зина и идущий за ними коллектив, антиподом которого выступает в повести Патов.

Ради торжества ложно понятых "принципов" Патов погубил артистический талант своей жены Ксении Павловны, не позволяя ей выступать в театрах, где он был главным режиссером (это ведь не положено!). В его жизни обнаруживается слишком много напрасного. Он следует примитивно понятым правилам поведения и не чувствует гораздо более важного - правил жизни, не понимает правил и принципов советского общества; для которого высшей ценностью был и остается человек, его счастье, его интересы.

А. Алексин затрагивает в "Действующих лицах и исполнителях" коренные проблемы нашей общественной, социальной жизни, утверждая высокие гуманистические принципы советского строя.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ
Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ

Пожалуй, это последняя литературная тайна ХХ века, вокруг которой существует заговор молчания. Всем известно, что главная книга Бориса Пастернака была запрещена на родине автора, и писателю пришлось отдать рукопись западным издателям. Выход «Доктора Живаго» по-итальянски, а затем по-французски, по-немецки, по-английски был резко неприятен советскому агитпропу, но еще не трагичен. Главные силы ЦК, КГБ и Союза писателей были брошены на предотвращение русского издания. Американская разведка (ЦРУ) решила напечатать книгу на Западе за свой счет. Эта операция долго и тщательно готовилась и была проведена в глубочайшей тайне. Даже через пятьдесят лет, прошедших с тех пор, большинство участников операции не знают всей картины в ее полноте. Историк холодной войны журналист Иван Толстой посвятил раскрытию этого детективного сюжета двадцать лет...

Иван Никитич Толстой , Иван Толстой

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное
1968 (май 2008)
1968 (май 2008)

Содержание:НАСУЩНОЕ Драмы Лирика Анекдоты БЫЛОЕ Революция номер девять С места событий Ефим Зозуля - Сатириконцы Небесный ювелир ДУМЫ Мария Пахмутова, Василий Жарков - Год смерти Гагарина Михаил Харитонов - Не досталось им даже по пуле Борис Кагарлицкий - Два мира в зеркале 1968 года Дмитрий Ольшанский - Движуха Мариэтта Чудакова - Русским языком вам говорят! (Часть четвертая) ОБРАЗЫ Евгения Пищикова - Мы проиграли, сестра! Дмитрий Быков - Четыре урока оттепели Дмитрий Данилов - Кришна на окраине Аркадий Ипполитов - Гимн Свободе, ведущей народ ЛИЦА Олег Кашин - Хроника утекших событий ГРАЖДАНСТВО Евгения Долгинова - Гибель гидролиза Павел Пряников - В песок и опилки ВОИНСТВО Александр Храмчихин - Вторая индокитайская ХУДОЖЕСТВО Денис Горелов - Сползает по крыше старик Козлодоев Максим Семеляк - Лео, мой Лео ПАЛОМНИЧЕСТВО Карен Газарян - Где утомленному есть буйству уголок

Журнал «Русская жизнь» , авторов Коллектив

Публицистика / Документальное
Формула бессмертия
Формула бессмертия

Существует ли возможность преодоления конечности физического существования человека, сохранения его знаний, духовного и интеллектуального мира?Как чувствует себя голова профессора Доуэля?Что такое наше сознание и влияет ли оно на «объективную реальность»?Александр Никонов, твердый и последовательный материалист, атеист и прагматик, исследует извечную мечту человечества о бессмертии. Опираясь, как обычно, на обширнейший фактический материал, автор разыгрывает с проблемой бренности нашей земной жизни классическую шахматную четырехходовку. Гроссмейстеру ассистируют великие физики, известные медики, психологи, социологи, участники и свидетели различных невероятных событий и феноменов, а также такой авторитет, как Карлос Кастанеда.Исход партии, разумеется, предрешен.Но как увлекательна игра!

Михаил Александрович Михеев , Александр Петрович Никонов , Сергей Анатольевич Пономаренко , Анатолий Днепров , Сергей А. Пономаренко

Детективы / Публицистика / Фантастика / Фэнтези / Юмор / Юмористическая проза / Прочие Детективы / Документальное