Читаем Испытание ненавистью (СИ) полностью

Он сладко поцеловал меня в лоб, и какое-то внезапно нежное чувство заставило сердце биться чаще. Это вызвало широкую улыбку на моем лице.

- Ну вот, ты не плачешь больше, – Зима продолжал меня гладить по голове, – а теперь, госпожа Реброва, рассказывай.

- Что? – вопросительно подняла я глаза, уже и забыв, что тряпка Калуга в очередной раз меня бортанул.

- Что-что! Кто обидел мою сладкую девочку? Или ты наклюкалась вискаря только от счастья? – он засмеялся. Как-то по доброму и без издёвок.

- Зимовский! – хотела я возразить против «его девочки».

Что это за наглость? С каких пор он меня присвоил?

- Притащи выпить, а, – выправилась я, слезая с его груди и натягивая на себя одеяло.

Антон принёс 2 бокала и разлил по ним коньяк, садясь рядом со мной на кровати.

- Я весь во внимании, – Зимовский дал понять, что мне не отвертеться.

- Просто одна тряпка в очередной раз кинула меня. – я опустошила залпом бокал.

- Калуга чтоль? – мой зам приподнял бровь, также выпивая свой бокал, – что он тебе сделал?

- Да вот именно, что ничего. Он признаётся мне в любви, каждый день кормит завтраками, что обо всем скажет Наташе, но каждый день просит подождать и боится ее добить. А меня добить никто не боится!

- Да он всегда был тряпкой бесхребетной, – Зимовский погладил меня по щеке, вытирая слезу, которая почему-то по ней катилась, – не плачь.

Я не смогла сдержать себя, и зарыдала с новой силой, громко всхлипывая. Антон прижал меня к своей груди, сильно-сильно, что я чувствовала стук его сердца. Я почувствовала, что я уже не чувствую никакой ненависти к нему…

- Ты его любишь? – с какой-то тоской вдруг прервал мои рыдания Зима.

- Не знаю, – растерянно отвечала я, выпивая новый бокал коньяка, – наверное, уже нет… а можно я тоже спрошу?

- Конечно.

- А ты любишь Мокрицкую?

Он удивленно посмотрел на меня.

- Ну ты даёшь, Реброва!

- Так ты ответишь? – я хитро прищурила глаза, подставляя бокал, чтобы чокнуться.

- Нет! – он наклонился ближе, чтобы поцеловать, но я приставила палец к его губам, – конечно же нет. А выглядит иначе?

- Нууу, как тебе сказать, Зимовский! – я улыбнулась и он чокнулся со мной своим бокалом, – выглядит, что она очень даже тебя пасёт.

- Вот именно, что пасёт, – он тяжело выдохнул, – пасёт и уже достала.

- Ну так пошли ее нафиг! Или Мокрицкая – это запасной трахадром? – с моего лица не слезала хитрая ухмылка.

- Типа того. Только и трахадром она так себе, – его глаза тоже хитро забегали, – я ни с кем не чувствовал того, что с тобой. Ты меня поразила. И свела с ума!

- Я тоже, – выпалила я.

Вот блин, он же первый в этом теле. Что я несу.

- Ты вошла тогда, на презентации, – Зимовский вдруг начал вспоминать, – Я подумал, что за сучка такая! Кто такая, откуда! Как так Гоша уехал и прислал вместо себя сестрицу, а не меня на своё место! Как же меня это выбесило! Я держал тебя за горло в туалете, а подсознание так и рвалось наружу, чтоб прижать тебя и… – он опять пошло на меня посмотрел, что стало не по себе, – от всего этого гнева, пришла мысль подложить тебя под Гальяно… но ответный твой ход просто не укладывался у меня в голове. Это ж так изощриться, чтобы отомстить! Ты дала мне в рожу, а так хотелось в ответ схватить и поцеловать… в общем, давно это, Реброва, давно…

- Прости, – я вдруг начала громко смеяться, вспоминая морду Зимы в обезьяннике, когда нас забрали за драку, – тогда наверно мое подсознание просило именно об этом же. Ну, чтоб ты вот так схватил, – я схватилась за живот от смеха.

В ту же минуту я оказалась повалена на кровать, с поднятыми руками без права вырваться.

- Вот так? – пошлые глаза Зимовского кажется сейчас съели бы меня.

Страстный укус за ухо привёл меня в чувство.

- Зимовский! Ну отпусти! Иначе мне придётся идти на работу в скафандре! – он меня явно не слушал. – да хватит меня кусать!

Он бросил взгляд на мою уже почти всю фиолетовую шею и ухмыльнулся.

- Прости, – Антон нежно поцеловал меня в щечку, – я буду стараться аккуратнее! Давай спать, а? Время 4 утра!

Вот капец, и правда время 4… Он так смотрит на меня. Я в шоке. Кажется, я свихнулась. Я устроилась на его плече, и с этими мыслями погрузилась в сон.

Комментарий к 7. Кажется, это любовь? Или нет?)

====== 8. ======

Как же болит голова, и зачем я столько пила? Я разлепила глаза, и обалдела. Зимовский лежал рядом, уткнувшись носом в подушку и так мило сопел. Я присела на кровати, прокручивая события вчерашнего дня и ночи и взялась за голову. Я попыталась тихо слезть с кровати, как Антон не открывая глаз взял меня за руку.

- Ну и куда это мы? – он потянул меня на себя и сладко поцеловал в губы.

- Капец, – все что я могла сейчас сказать, оценивая ситуацию.

- А по-моему, все было чудесно, – Зимовский похотливо глянул мне в глаза, – доброе утро!

- Ага, доброе, – подтвердила я, – Зимовский, нам же на работу надо через час! – я схватилась за голову.

Я глянула на свой телефон, где было 30 пропущенных от Сомовой и снова взялась за голову.

- Ну так и поехали со мной на работу, в чем проблема? А кофе попьём на месте, у Люси с Любимовой ж всегда есть че пожрать.