Моя кузина пожимает плечами, но, похоже, никуда не торопится. Как и остальные, кроме, быть может, Флинта и Джексона, у которых нетерпеливый вид. Но мне страшно попросить их пройти внутрь и задать ей вопрос, потому что – будем откровенны – оба они из тех, кто скорее требует ответов, чем задает вопросы, – а стало быть, она скорее всего просто сожрет их, и все.

А значит, это должна сделать я. Фантастика.

Несколько секунд я сверлю ее взглядом, мысленно приказывая ей посмотреть на меня. А когда это не срабатывает, наконец решаюсь и прочищаю горло.

Однако она и ухом не ведет.

Я прочищаю горло снова, на сей раз немного громче.

Опять ничего.

– Грейс… – начинает Мэйси, но я перебиваю ее. Потому что с меня хватит.

– Извините…

– Отвали. – Она произносит это без эмоций.

– Мне жаль, но…

Она даже не отрывается от своего кроссворда.

– Пока тебе еще не жаль, но скоро ты пожалеешь, что беспокоишь меня. А теперь убирайся.

– Но нам необходимо…

Я замолкаю, потому что она поднимает руку и хлопает ей по постеру с Правилами. И один ее темно-красный ноготь упирается в правило номер два: «Мы оставляем за собой право отказывать в услугах любому без объяснения причин». Меня особенно впечатляет тот факт, что она делает это, одновременно заполняя кроссворд. Хотя, быть может, она проделывала это уже столько раз, что теперь делает это на автомате.

Как бы то ни было, я никуда отсюда не уберусь, пока не поговорю с ней. Я прочищаю горло еще раз.

– Извините, но…

– Это ты уже говорила. – Она зевает и даже не дает себе труда прикрыть рот рукой.

Этот финт мне знаком, и я сердито смотрю на Хадсона, который пытается сделать вид, будто понятия не имеет, чем именно я возмущена. Но, судя по едва заметной ухмылке, он все понимает.

Похоже, существует пособие под названием «Как быть сверхъестественным говнюком», и оба они: и эта женщина, и моя пара – читали его. Правда, несмотря на это, Хадсон замечательный человек. И, возможно, она тоже.

Эта мысль придает мне сил – как и те месяцы, когда мне приходилось противостоять Хадсону в самом его говнистом виде, – и я решаю рискнуть. К тому же сегодня мне уже угрожал один бог, не имевший ничего против того, чтобы сокрушить меня. После этого любая другая угроза кажется пустяком.

Сделав глубокий вдох и приклеив к лицу самую милую улыбку, я прохожу по покрытому пятнами черному бетонному полу и останавливаюсь прямо перед кассой. Я пытаюсь не обращать внимания на то, что при этом она ни на миг не перестает буравить меня своими немигающими фиалковыми глазами.

– У тебя что, камни в ушах, горгулья? – спрашивает она, попытавшись – и не сумев – заставить меня опустить взгляд. – Или тебе жить надоело?

– Ни то, ни другое, – отвечаю я. – Просто мне отчаянно необходимо…

– Отчаянности здесь не место, – отвечает она. – Это только вернее убьет тебя.

– Это же магазин ирисок. Вряд ли вашим конфетам есть дело до моих чувств. – Хотя видит бог, некоторые из здешних деревьев выглядят так, будто они в полном отчаянии.

– Что ж, ладно. – Она раскидывает руки. – Какие ириски ты хочешь купить?

– Э-э, ириски? – Это отнюдь не тот вопрос, которого я ожидала.

Она вскидывает бровь.

– Это же магазин ирисок. И поскольку, насколько я понимаю, вампиры и драконы, стоящие вон там, не собираются их есть, то да. Какие. Ириски. Ты. Хочешь. Купить?

Может быть, это какое-то испытание? Я оглядываюсь на деревья и на пластиковые шары с разноцветными ирисками, свисающие с ветвей.

– А вы не могли бы продать мне ириски всех видов?

– Как это по-дилетантски, – фыркает она.

Затем сует руку в корзину, стоящую за ее спиной, достает оттуда большой пластиковый шар, полный ирисок всех мыслимых цветов, и говорит:

– Тридцать пять долларов двадцать шесть центов, пожалуйста.

– А, хорошо. – Я пытаюсь нащупать передний карман рюкзака, где всегда храню бумажник, но Хадсон уже тут как тут.

Он кладет на прилавок стодолларовую купюру.

– Сдачи не надо.

Она смеется.

– Фига себе.

Затем сгребает деньги, свою ручку и сборник кроссвордов и направляется к двери в задней части магазина.

– Хорошего дня, – бросает она через плечо со смехом, от которого у меня холодеет кровь.

Глава 55. Дверь

– Неплохо, – замечает Мэйси, продолжающая стоять у двери.

– Больше я здесь никого не видела, так что… – Я замолкаю, крутя в руках пластиковый шар, полный ирисок. – И что же нам теперь делать? Пробовать эти ириски одну за другой, пока что-то не произойдет?

– А что, по-твоему, может произойти? – спрашивает Флинт. – Думаешь, тебя неким волшебным образом наполнит знание о древних богах и их древнем магическом оружии?

– Да ладно, перестань. Веди себя прилично, – укоряет его Мэйси. Выходит, не только я заметила, что в последнее время он ведет себя не лучшим образом.

– Я и так вел себя прилично, – отвечает он.

Этот ответ выводит меня из себя, и, возможно, если бы у нас не было такого важного дела, я бы сделала ему выговор. Но нам некогда беспокоиться из-за дурного поведения Флинта, и мне совсем не хочется отвлекаться теперь, когда эти ириски наконец-то в моих руках.