- Чтобы обрести любовь. Чтобы понять, на сколько я дорога ему, и чтобы он смог это понять.
- Ты любишь кого-то? - удивилась она.
- Представь себе! Но я не чувствую этого сейчас, я словно окаменела, когда блуждала по этим лесам. Теперь мне нужно вспомнить, что значит любить и снова научиться чувствовать. Итак, Нарвыл, - я задумалась. - Я попробую помочь вызволить его.
- Ты? Одна?
- Именно! Одна, - улыбнулась я. - Вы мирный народ, а вот я - нет. Может быть тогда и закончится мое превращение, и я снова стану собой. Мне так холодно, Вия, внутри холодно. Словно я изо льда сделана. Смотри.
Я выдохнула, но в морозном воздухе мое дыхание не образовало пара.
- Я словно...
- Порождение тьмы, - закончила она за меня. - Ты сделала большой шаг, ты признала это. Теперь тебе нужно научиться с этим жить. Тебе нужно увидеть свет в себе.
- Поэтому я и хочу тебе помочь спасти возлюбленного. Я должна спасти его, чтобы... простить себя за ужасный поступок. Правильный, но ужасный.
Она не стала меня донимать расспросами, и я была ей признательна.
- Но как ты сможешь это сделать? Нашим не удалось даже приблизится к их лагерю.
- А как же они увидели, что это красноглазые совершают убийства?
- Они убивают не в лагере, там есть возвышенность, небольшой утес над водой.
Меня пробил озноб.
- Там растет черное дерево?
-Да, на самом краю.
Вот оно воплощение моего кошмара. Один из нас должен умереть у корней этого дерева, как и тысячи раз до этого. Я закрыла глаза, пытаясь совладать со страхом, охватившим меня. Ничего не получалось. У меня дрожали руки, немели ноги, и я никак не могла вдохнуть, так сжалось все внутри меня. В голове билась только одна мысль - бежать, как можно быстрее и как можно дальше. Мне потребовалось несколько бесконечно долгих мгновений, чтобы прийти в себя. Страх не покинул меня, но я смогла произнести:
- Ну, выйти оттуда будет гораздо сложнее, чем войти. Я не буду таиться, я просто дам им меня поймать, так я и в лагерь попаду и мне не придется искать заключенных, я сразу окажусь там, где надо. А вот как мне вывести оттуда пленных живыми, вот это вопрос, на который я, пока, не знаю ответа. Но делать все придется в последний момент, уже на утесе, там это будет проще всего. Скажи отцу и остальным, чтобы ничего не предпринимали эти несколько дней. Если я не вернусь, тогда, - я закусила губу. - Найдите возможность связаться с Хранителями. Скажите, что у вас есть информация для Калена. Он точно сможет с этим справиться, если я потерплю неудачу. Маги - это его ремесло. Но, молю, ничего не говорите ему обо мне, если я не вернусь, ему не нужно знать, что я была здесь и что я пыталась сделать.
- Почему? - удивленно посмотрела на меня Вия.
- Пока он будет думать, что я жива, он будет продолжать бороться, но стоит только ему понять, что меня уже не вернуть... Я не хочу этого. Без него не останется никаких шансов. Пока он жив - у этого мира есть надежда.
- Это он твой возлюбленный?
Больно кольнуло в груди, словно шевельнулась острая льдина.
- Да, - ответила я. - Если я не вернусь и сюда придут Хранители, убедись, что мое оружие не попадется никому из них на глаза, уж слишком хорошо мои ножи известны любому из них. И не говори с Каленом сама. Он - Видящий, он почует ложь в твоих словах и добьется правды, а он не должен ее узнать. Не стоит устраивать долгих прощаний, Вия. Мне пора. Помни о моей просьбе. В какой стороне их лагерь?
Она махнула рукой в замешательстве. Для нее все происходит слишком быстро. Для меня же все уже было решено. О спасении я буду думать, когда у меня будет больше информации. В этот раз не будет погребального костра у черного древа, даже если я потерплю неудачу. Я сломаю ход событий, хотя бы так. И вновь я шла на верную смерть. Шла в надежде, что смогу вернуть свою жизнь, сколько бы ее не осталось.