Читаем Исправить все. Адель (СИ) полностью

- Иди, дорогая, помоги Мирриэль собраться. Для нее это первый бал, думаю, она волнуется.

- Волнуется? Я что-то сильно в этом сомневаюсь, ты вообще их видел? Они словно грибов ядовитых объелись или под воздействие демонов попали. Я вообще сомневаюсь, что ни способны сейчас что-то чувствовать кроме спокойствия, как сказал Кален. Ужас, в жизни не видела Калена на столько спокойным, но раньше он просто скрывал свои эмоции. А теперь, словно он уже умер... Брр.

Но она встала и вышла из обеденной залы, направляясь к шикарной женской ванной. Открыв тяжелую дверь, она сразу вспотела, в комнате стоял плотный сухой пар, обжигая легкие при каждом вдохе. Энель быстро сбросила одежду и, завернувшись в тонкую ткань подошла к бассейну. Мирриэль лежала, погрузившись в воду по подбородок, глаза были закрыты, она никак не реагировала на оклики Энель. Оставив попытки с ней заговорить, шпионка опустилась в обжигающую воду. Шло время, кроме тихого журчания воды, наполняющей горячий бассейн, ничего не нарушало тишины. А потом Мирра заговорила.

- Прости, Энель, что не ответила тебе сразу, просто хотела насладиться моментом блажентсва. Казалось бы, такая малость, но теплая ванна вызывает неописуемый восторг, после стольких месяцев странствий, лишений и ограничений. Я не хотела пугать тебя, своими словами. Да, я видела, как ты изменилась в лице, когда я пообещала убивать всех на своем пути, это непросто для меня, даже сейчас, но это необходимо. Ради вашего будущего, - она лениво приоткрыла один глаз и взглянула в лицо шпионки. - Он не рассказал тебе? Не посвятил тебя в мое пророчество? Хитрый какой, сам-то все знает, а тебе ничего не рассказал. Еще в Лоринге, когда мы готовились к встрече с Калисто, у меня было видение. Я видела будущее Гранда. Видела его милый домик, видела его детей, парнишку и девочку. Видела радость в его глазах. Видела любовь, с которой он смотрел на свою женщину, на мать своих детей. Это была ты, Энель. Это ваше будущее. Счастливая спокойная жизнь, вдали от опасностей и боли. Ради этого кусочка счастья я готова пожертвовать всем. Ради вашего счастья. Потому, что стоит мне усомниться и судьба может свернуть совсем в другую сторону, а я не хочу этого. Теперь, когда я сама получила свое, я хочу дать эту возможность другим. Хочу, чтобы другие могли так же как я засыпать в сладкой истоме на груди любимого мужчины, просыпаться от его поцелуев. А для этого, нам нужно лишь еще немного постараться и довести до конца старое дело.

- Но, Мирра, если расплатой за это будут ваши жизни? Как сможем мы принять этот дар спокойствия? Как сможем наслаждаться жизнью, зная, чем за нее уплачено?

- Спокойно, Энель. Наши жизни были лишь залогом того, что мы должны сделать. Они не принадлежали нам никогда, по большому счету. Мы были рождены, чтобы исполнить то, что не удалось никому до нас. Это уже не страшит, Энель. Поверь, мы будем счастливы, все то время, что нам осталось, а дальше... Даже я не знаю, что будет потом. Но ваш мир изменится, это точно. Они обещали сделать все, чтобы мы смогли потом вернуться, но решать не им, - она улыбнулась, стараясь приободрить подругу. - Мир будет жить, Энель. Благодаря каждому из нас. Всем нам пришлось что-то жертвовать. Раирнаил пожертвовал собой, спасая меня, Инариэль отказался от своей любви ко мне, Кара отдала жизнь и стала вампиром за Калена, Лерд, пожертвовал тобой, ты принесла в жертву свою юность, Гранд - свою человечность, Кален едва не лишился рассудка, даже Барри отказался от своего рода, ради того, чтобы быть с нами. Мы все потеряли так много. Не для того, Энель, чтобы сейчас отступить. Так, что не печалься, подруга, лучше давай вымоемся и займемся нашими туалетами, не хочу разочаровать ожидания принца.

Энель печально кивнула. Но выходить еще не хотелось, и омовение продолжилось в тишине. Не было нужды говорить что-то. Каждая думала о своем. Так в тихой неге прошло еще некоторое время.

- Ты же играешь на лютне, Энель, возможно, потом, когда все успокоится, ты сможешь сложить о нас балладу, и не обязательно чтобы она была правдивой, - Мирриэль мечтательно улыбалась. - Главное, чтобы мы в ней были счастливы. Я попыталась, но нужные слова не идут в голову. Только тихая грусть, смирение, понимание необходимости.

Мы шли по дороге слез,

Мы плыли по морю боли.

На высшие силы всерьез

Роптали, по собственной воле.

Бежали мы от любви,

Крыльев не замечали.

На них мы парить могли,

Но вместо того - ломали.

Мы время свое шутя,

Меняли на плен дорог.

Но мчится оно, летя

И вот уже близок порог.

Терять нам время нельзя

Его у нас ведь так мало,

Но даже исправив зло

Не сможем начать мы с начала.

В череде суетливых дней

Забываем мы то и дело

Для чего мы живем теперь

Что у каждого есть свое дело.

Доведя его до конца,

Обретаем покой и свободу

И уже не страшит бойца

Река смерти, в которой нет броду.