- Вороны теряют имя, когда принимают первый клинок из рук учителей. Становятся просто Воронами.
- Как тебя звали? Ведь у тебя есть родовое имя?
- Лерд.
- Не эльфийское, - улыбнулась она. - Странно для полукровки, обычно таким как ты дают эльфийские имена, что потом ты мог гордятся наличием Древней крови.
Он на секунду смутился, а потом улыбнулся.
- Так называл меня отец. Он так и не смог запомнить полное имя. У него всегда были трудности с эльфийским.
- У меня нет таких проблем, - попыталась пошутить она.
- Называй меня так, мне будет приятно. А тебя как называть, беда?
- Меня зовут..., - она задумалась и опустила глаза.
- Что-то не так? Плохо опять?
- Нет-нет, все нормально, - она закрыла глаза. - Но ты спас мне жизнь, и я не хочу тебе лгать.
Она посмотрела на него. Он спокойно встретил ее взволнованный взгляд. И неожиданно для них обоих обнял ее за плечи и привлек к себе.
- Беда, я буду звать тебя так. Мне все равно как и кто тебя называл. Учитывая все обстоятельства нашего знакомства - это имя тебе очень подходит. Поверь - все остальное не важно, Беда.
- Беда?
- Для меня, однозначно.
Он отвернулся. Но потом резко повернулся к ней. Их глаза встретились. Зелень весеннего леса и тьма ночного неба. Так прошло несколько секунд, а потом он запустил длинные пальцы в ее короткие волосы и привлек ее к себе. Несколько секунд она слушала как бьется его сердце в груди.
- Невозможно, - едва слышно произнес Лерд. - Я даже не знаю тебя, но все мои инстинкты говорят мне бежать от тебя. Не медлить ни секунды. Наверное, стоит прислушаться, инстинкты убийцы никогда меня не подводили. С тобой все будет хорошо. А мне пора.
Он поднялся, но она схватила его за руку.
- Не уходи, Лерд. Я совсем одна. Ты первый человек с кем я могу говорить откровенно, кому не нужно лгать, который все сможет понять.
- Ты опасна для меня, дитя.
- Я не ребенок! Я не Ворон, но я такая же, как ты. Просто...
Он сощурил глаза, в их беспроглядной тьме мелькнула догадка.
- Кто-то решил пойти по пути Воронов и создать собственных убийц, не просто создать, воспитать с малолетства. Отличный план. Но кто же мог на это решиться. И со скольки лет тебя тренировали?
- Сколько я себя помню, - тихо прошептала она, опуская глаза.
Ей так хотелось все это рассказать ему, но ей не пришлось говорить ни слова.
- И что ты тут делаешь? Ищешь свою цель?
Она отрицательно мотнула головой, уже немного отросшие волосы повторили движение ее головы.
- Я сбежала. И теперь прячусь от них. Я хотела другой жизни. Той, которой у меня никогда не было, обычной.