Она думала о том, способен ли Натан на подобное предательство?

Она думала о том, насколько могло разрастись его чувство обиды за почти пожизненное заключение во Дворце Пророков, причем не за преступление, а всего лишь за то, на что, по мнению сестер Света, он был способен. Мог ли он задумать месть? – вот что не давало ей покоя.

Она думала о том, не могли бы сестры Света, действуя из наилучших побуждений по отношению к человеку, который не причинил им никакого вреда, – не могли бы они посеять подобные семена разрушения?

И пока Верна наблюдала, как улыбающийся Лорд Рал уверенным шагом идет назад, к краю пропасти, она вновь задавалась вопросом, не замыслил ли пророк бросить их всех в пасть волкам?

Глава 27

Беспокойство Ричарда становилось все более сильным. Он ожидал, что на одной из игр ему представится шанс. Но после того как Джегань и Кэлен появились на первом матче джа-ла, прошло уже двенадцать дней, а император не присутствовал больше ни на одной игре.

Ричард едва ли не в панике пытался найти объяснение этому. Он старался не думать о том, что именно Джегань мог сделать с Кэлен, и тем не менее не мог удержать себя, воображая самое худшее.

Сидя прикованным к повозке, окруженный кольцом стражей, Ричард мог сделать очень немного. Несмотря на то, что ему отчаянно хотелось действовать, он должен был оставаться рассудительным и ждать подходящей возможности. Всегда оставался шанс, что удачная возможность может и не подвернуться, и тогда все равно придется рисковать, но делать что-то лишь из отчаяния – неприемлемо и наверняка ничего не даст, разве что, быть может, уничтожит вообще любой шанс на то, что представится эта самая необходимая возможность. Но все же ожидание сводило с ума.

Будучи настолько усталым, каким он был сегодня после матча джа-ла, Ричард хотел лишь одного: прилечь и немного отдохнуть. Но при этом он понимал, что беспокойство не даст ему уснуть, как не давало спать вот уже несколько дней. Однако сон ему был необходим, потому что на следующий день у них самая важная игра – игра, которая, как он надеялся, предоставит ему ту самую возможность, которую он все время искал.

Он поднял глаза, услышав приближение солдата, разносящего вечернюю еду. Будучи таким голодным, как сейчас, получить даже обычные сваренные вкрутую яйца – и то было радостным событием. Солдат, тянувший небольшую тележку, которую всегда использовал для развоза еды, прошел через кольцо охраны игроков-пленников команды Ричарда. Стоявшие на страже лишь бегло взглянули на него. Колеса тележки скрипели в знакомом ритме, пока человек тяжело тащился по трудно проходимой земле. Наконец он остановился перед Ричардом.

– Протяни руки, – сказал он, достал нож и начал ковыряться в своей тележке, кромсая им что-то.

Ричард сделал, как ему было сказано. Человек поднял что-то из тележки и бросил Ричарду. К его удивлению, это оказался здоровенный кусок окорока.

– Что это? Последний ужин перед завтрашней решающей игрой?

Солдат поднял ручки своей тележки.

– Пришло продовольствие. Едят все.

Ричард уставился в спину солдата, когда тот покатил тележку дальше по рядам, чтобы раздать еду остальным игрокам его команды. Неподалеку Джон-Камень, с лицом и телом, разрисованным сетью красных линий, присвистнул от удовольствия, обнаружив, что получил нечто иное, а не вареные яйца. Впервые с момента появления в лагере им давали приличный кусок мяса. Вплоть до сегодняшнего дня они обычно ели лишь яйца. Несколько раз было что-то типа жаркого с редкими мелкими кусочками баранины. Однажды была тушеная говядина.

Ричарду хотелось знать, как это продовольствие оказалось доставлено в лагерь. Ведь предполагалось, что д’ха-рианская армия должна останавливать любой караван с продовольствие и пополнением, направляющийся к армии Ордена. Морить голодом людей Джеганя было единственной реальной возможностью остановить их.

Даже если бы Ричард в последнее время ничем особенно не был обеспокоен, вот этот толстый кусок окорока в его руке представлял собой повод для серьезного нового беспокойства. Он предположил, в качестве единственного разумного объяснения, что отдельному конвою снабжения как-то удалось прорваться сюда. При общем снижении запаса продуктов эта доставка оказалась весьма своевременной.

Древний мир – очень большое пространство. Ричард понимал, что рейды д’харианской армии никоим образом не могли накрыть всю их сельскую местность. С другой стороны, он задумался над тем, не может ли этот кусок окорока, что сейчас в его руках, быть знаком того, что дела у генерала Мейфферта и тех людей, которых он направил на юг, обстоят не очень-то хорошо.

Джон-Камень подобрался поближе к нему, таща за собой свою цепь.

– Рубен! Нам дали окорок! Ну разве это не замечательно?

– Замечательно быть свободным. Хорошо есть, будучи рабом, – это никак не мое представление о замечательном.

Лицо Джона-Камня слегка опечалилось, затем вновь засияло.

– Но, согласись, быть рабом и есть окорок куда лучше, чем быть рабом и есть яйца.

Ричард был не в настроении обсуждать это.

– Думаю, ты прав.

Джон-Камень усмехнулся.