Впрочем, отнюдь не только содомиты угрожают чистоте и невинности Венеции. В те долгие темные ночи, что мы отсиживались в глуши после бегства из Рима, госпожа поднимала мне настроение, рисуя картины благосостояния, которое мы обязательно обретем в ее родном городе, и от нее-то я и узнал, что Венеция предлагает женщинам богатый выбор и жирные куски, когда речь заходит о знати. Все дело в простом преобладании математики над моралью. Если правители из «Золотой книги» желают сохранить свои материальные блага в неприкосновенности, они должны ограничить возможность вступления в брак. Наличие множества дочерей с богатым наследством и такого же количества сыновей, не обделенных семейным состоянием, грозит городу катастрофой. И потому, ради сохранения чистоты родословных, монастыри Венеции переполнены высокородными женщинами, а семейные палаццо служат временным пристанищем целой ораве холостяков, которым регулярно требуются представительницы прекрасного пола с утонченным вкусом, но гибкими моральными устоями, дабы обслуживать и развлекать их.

То есть куртизанки.

И в этом Венеция является самым успешным торговым городом во всем христианском мире, где спрос и предложение регулируются самым тщательным образом. Точно так же, как во Дворце Дожей хранится «Золотая книга» знатных фамилий, существует и другая книга – куда более непристойная, – содержащая подробности о гражданах совсем иного сорта. Она пользуется настолько дурной славой, что даже я, ничего не знавший о Венеции – за исключением того факта, что это великая республика, утопающая в воде, которая сражалась с турками за право владычествовать в восточном море, – слышал о ней еще до того, как мы прибыли сюда. Это так называемый «Реестр куртизанок»: список самых красивых, наиболее образованных и самых желанных женщин, где рядом с каждым именем оставлено свободное место, дабы клиенты могли оставить или прочесть описание, стоимость услуг и даже оценку соотношения «цена/качество».

Единственный вопрос заключается в том, как туда попасть. Каким образом куртизанка, желающая добиться славы и успеха, заявляет о себе в городе, где выставление себя напоказ служит признаком вульгарности, а не успеха? Ответ прост. Поскольку ни один здравомыслящий купец не станет покупать кота в мешке, есть такие общественные места, куда направляются продавцы, дабы явить товар лицом, так сказать. И в этом, несмотря на все свои уверения в чистоте и невинности, Венеция не более добродетельна или изобретательна, нежели сам Святой Град.

Поскольку куртизанки, как и все прочие, ходят в церковь.

Глава пятая

Мы заняли свои места – поодиночке – в самой середине, где было тесно и где, хотя нам были прекрасно видны первые ряды, никто не мог видеть нас. Потому что мы пришли сюда не для того, чтобы явить себя миру. Совсем напротив, до тех пор пока у нас не появится дорогая одежда и обстановка в доме, нам предстоит держаться в тени. Будь по-моему, я бы вообще не пустил ее сюда. Я и сам по себе достаточно заметная фигура, и нас непременно запомнят, если увидят на людях вместе. Но по крайней мере ее голова и лицо надежно укрыты от любопытных глаз, хотя, благодаря заботе Ла Драги, синьорина почти обрела свою прежнюю форму, дабы вызвать интерес любого мужчины, на котором она пожелает остановить взор, и потому что она прекрасно знает об этом, ей будет трудно устоять перед подобным искушением. Хотя я лично спорить с ней не собираюсь. Есть предел тому, сколько времени она готова просидеть взаперти, вдыхая едкий запах снадобий, исходящий от ее волос, и, раз уж к ней вернулась уверенность, мои отчеты из вторых рук стали вызывать у нее все большее раздражение.

– Ты – почти идеальный заменитель женщины, какой только можно отыскать в мужчине, Бучино, но ты не в состоянии оценить уровень конкуренции так, как это сделаю я. Кроме того, ты слишком мал, чтобы смотреть поверх скамеек, и в силу этого непременно упустишь из виду кое-какие акты предстоящего представления. Пришло время мне самой появиться на людях. Когда ты отправишься туда в следующий раз, мы пойдем вместе.

Мы остановили свой выбор на церкви Санти-Джованни-э-Паоло, которую венецианцы называют Сан-Заниполо: у них имеется больше прозвищ для своих зданий, чем у старух – ласки для комнатных собачек. Здесь меньше золота и реликвий, чем в Сан-Марко, а интерьер не способен заставить ваше сердце воспарить к горним вершинам, как это бывает при виде огромного сводчатого нефа Санта-Марии-деи-Фрари. Но она достаточно велика – одна из самых больших в городе – и величественна, вмещает гробницы более чем десятка дожей. На мессу здесь собирается большая и пестрая толпа состоятельных горожан, не в последнюю очередь из-за того, что снаружи располагается красивая и просторная кампо, где добрые христиане после службы могут предаться общению, похваляясь обновками вкупе с набожностью.