Читаем Исподнее заграницы – 4 полностью

«Он был колдуном, – объяснил один из солдат, – и нам нужно было гарантировать, что он не вернется, чтобы отомстить. Мы в итоге рассекли его тело мачете, отрубив кисти, руки, ноги, голову и вспоров живот. Теперь-то он и вправду мертв». УНП в своем докладе о ситуации в стране высказалось осторожно: «Хотя поводом для конфликта послужили политические разногласия и напряженность, но борьба за доходы от продажи педры подняла ставки и усилила трения между соперничающими группами». Директор местного отделения Интерпола Кальвариу Аукхарие был более откровенен: «Армия, флот, президент – все втянуты в эту схему. Виейра и Тагме соперничали, и кто-то должен был умереть».

О степени вовлеченности военных в наркоторговлю можно судить по такому эпизоду: в апреле 2013 года агенты Управления по борьбе с наркотиками США арестовали в международных водах у побережья Кабо-Верде бывшего главу ВМФ Гвинеи-Бисау адмирала Жозе Америго Бубо На Чуто. До еще одного предполагаемого организатора наркоторговли – бывшего начштаба армии Антониу Инджаи – американцам добраться пока так и не удалось. В армейские казармы нарко-полицейские просто не суются – несколько человек уже пропали там бесследно.

Даже если стражи порядка задерживают военных с грузом кокаина, за решеткой они проводят максимум несколько часов. Армия превратилась в одну из крупнейших организаций наркоторговцев, и ссориться с ней не решается никто.

О том, как работают наркоторговцы в погонах, дает представление следующая история. В 2008 году в международном аэропорту Бисау из-за отказа гидравлической системы приземлился американский самолет. Полиция арестовала экипаж, включая командира Кармельо Васкеса Гуэрру, который работал на мексиканский наркокартель «Синалоа», и попыталась подняться на борт. Однако путь стражам порядка преградили вооруженные солдаты, прибывшие по экстренному вызову.

Оцепление простояло сутки, пока на следующий день не прилетел другой самолет – на этот раз из Венесуэлы, с группой ремонтников на борту.

Но починить машину так и не удалось. Через пять дней специалисты Интерпола вместе с агентами ФБР и Управления по борьбе с наркотиками США прибыли в Бисау.

Они обыскали самолет, на борту которого, по их данным, должно было находиться около полутонны кокаина, но ничего не нашли. Наркотики бесследно исчезли вместе с армейским оцеплением и экипажем второй машины. Брошенные самолеты уже восьмой год стоят в аэропорту Бисау. По данным УНП, с 2011 года было перехвачено 34 тысячи килограммов кокаина и 22 тонны марихуаны, под суд отданы 58 человек.

Но местные полицейские утверждают, что отчетность эта липовая и в реальности за два года арестовали лишь 13,5 килограмма кокаина.

В гвинейской тюрьме сейчас за наркоторговлю сидят всего 15 человек – в основном нигерийские «мулы»-глотатели, которых отправили за решетку их же покровители из высших сфер, чтобы улучшить имидж страны на международной арене.

Нельзя сказать, что международное сообщество не пытается помочь Гвинее-Бисау.

В марте 2015 года, к примеру, страны-доноры перечислили стране миллиард евро в рамках реализации 10-летнего плана, призванного привлечь туристов и инвесторов.

Каждый новый гвинейский президент клятвенно обещает покончить с наркотрафиком и превратить Гвинею-Бисау в процветающее государство.

Как следует из доклада Африканского центра стратегических исследований, Гвинея-Бисау постепенно становится также перевалочным пунктом для азиатских наркоторговцев, доставляющих героин из Азии в США.

И колумбийцы не сидят сложа руки, распространяя свою сеть на Мали, Гамбию, Гану, Нигерию, Кению и Мозамбик. В городах Гвинеи-Бисау кокаин превратился фактически во вторую валюту. Им выдают зарплату многим из тех, кто задействован в транзитных схемах. По оценкам врачей, примерно треть молодежи в столице и крупных населенных пунктах употребляют наркотики – в основном это дешевый крэк, смесь кокаина с содой, одна доза которого стоит около 70 центов.

Учитывая, что Гвинея-Бисау – крайне молодая страна, средний возраст ее жителей составляет 19 лет, можно представить, насколько это опасно.

В данном случае, однако, бедность Гвинеи-Бисау может оказаться ее спасением.