Читаем Испанская прелюдия полностью

В порту нечего не изменилось. Там были те же дымящие пароходы, народ, фланирующий по набережной, и памятник Колумбу, устремившему руку в светлое будущее.

«Немезида» стояла у причала. По откинутому трапу на борт поднимались докеры с мешками. На баке, облокотившись на планшир, торчал Метикидис и курил трубку.

Мигель пошептался с пограничниками, и Донцов с компанией спокойно прошли на корабль. Даже документы у них не проверили.

– Приветствую вас, сеньор капитан, – Алексей церемонно поклонился.

– Все пассажирские каюты заняты. Многие нынче хотят покинуть Испанию, – хмуро проговорил Метикидис.

Он явно узнал неожиданных визитеров, но не подал вида.

– Вы что, забыли нас, сеньор капитан? Не помните Одессу, запамятовали, кто нас тогда пристраивал к вам на корабль? – Донцов ненароком сдвинул полу куртки, демонстрируя пистолет, заткнутый за пояс.

– Как же, узнал! – Грек расплылся в приветливой улыбке. – Только мы направляемся не в Одессу, а в Тунис и…

– Да хоть в Антарктиду по двойной таксе, – перебил его Алексей. – Так как насчет свободных кают?

Метикидис осознал, что к нему обратились люди серьезные, а самое главное – имеющие деньги. Он немного подумал и согласился принять на борт четверых пассажиров.

Вопрос был решен, грек отдал распоряжение матросу, и вскоре компания заняла каюту, отведенную ей. Солейко сунулся в бар, но получил отказ в желании обосноваться у стойки. Тут же последовало предложение доставить заказ туда, куда он скажет. Хоть на верхнюю палубу.

«Ничего тут не изменилось», – подумал Сан Саныч.

До Туниса они добрались без особых приключений. Бармен на судне с удовольствием принимал английские фунты, компания была обеспечена качественной едой и обильной выпивкой.

Перед сходом с корабля недавние диверсанты вручили Метикидису пистолеты. Мол, времена сейчас смутные, они могут вам пригодиться, а мы и без них обойдемся. Грек почему-то сильно обрадовался такому неожиданному подарку и даже предлагал за него деньги, но Донцов отказался.

– Это в благодарность за ласку и заботу, – сказал он.

Сойдя с корабля, компания зашла в помещение пограничного контроля.

Пограничник внимательно просмотрел нансеновские паспорта и задал какой-то вопрос по-французски.

Донцов наклеил на лицо смущенную улыбку. Мол, извините, не понимаю.

– С какой целью вы прибыли в нашу страну? – Офицер перешел на английский язык.

– На международную конференцию, – не задумываясь, ответил Донцов.

Он видел, что вопрос этот задан чисто формально, и даже не стал уточнять, в какой области науки предполагается международное сотрудничество.

Такие же вопросы были заданы Солейко и Джиге. Офицер мельком просмотрел их документы, пожелал им доброго пути и всяческих успехов.

Фраучи предъявил советский паспорт. Пограничник вертел его и так и сяк, потом посмотрел на фотографию, на Григория, убедился в сходстве и махнул рукой. Мол, проходи.

– Теперь надо где-нибудь поселиться и обратиться во французское посольство, – сказал Донцов, когда они покинули пограничный пост.

– Почему во французское? – поинтересовался Солейко.

– Потому что Тунис – колония Франции, а советского посольства тут нет, – ответил Донцов. – Попросим французов переправить нас в Союз. Заплатим кому надо. Думаю, что помогут.

Они поселились в ближайшем отеле, узнали адрес посольства Франции и на следующий день отправились туда. Деньги платить не потребовалось. Оказалось, что в данный момент в Тунисе находится советская делегация от Географического общества. Донцов знал, к кому там обратиться, потому что в подобных поездках группу ученых всегда сопровождал представитель НКВД. На встречу с советской делегацией Донцов отправился один. Он расположился за столиком уличного кафе, заказал кофе и стал наблюдать за входом в отель. Люди сновали туда-сюда, поодиночке, парами и немногочисленными группами. Своих он признал сразу по москвошвеевской одежде, скованности движений и любопытным взглядам, скользящим по непривычному городскому пейзажу.

Нужного ему человека Алексей тоже быстро вычленил из группы ученых. Серый костюм, военная выправка, квадратный подбородок и всепроникающий взгляд прищуренных глаз. Офицер НКВД, к гадалке не ходи.

Донцов подошел к нему и спросил:

– Можно вас отвлечь на пару слов?

Они встретились взглядами и несколько секунд молчали. Наконец-то этот мужчина что-то просчитал в уме и согласился.

– Товарищи, держитесь группой, никуда не отлучайтесь. Я отойду ненадолго, – проинструктировал он делегацию. – Пошли.

– У меня столик вон в том кафе. Там нам будет удобней разговаривать, – заявил Донцов.

Они уселись за стол, и к ним немедленно подбежал официант.

– Два кофе, пожалуйста, – сказал Алексей.

Когда официант удалился выполнять заказ, в разговор вступил так называемый научный работник:

– Я вас слушаю.

Вчерашний доброволец протянул собеседнику нансеновский паспорт и проговорил: