Читаем Искусство учиться полностью

Допустим, я участвую в поединке по туйшоу с мастером высокого класса. Я в ударе: чувствую его вес, манеру ведения боя, вижу глаза и даже некоторые признаки его намерений. Прежде чем он моргнет, у него слегка подергивается щека. Зрачок влажно блестит. Или, возможно, его глаза сначала чуть-чуть прикрываются, затем полностью открываются и только потом моргают. Все это едва заметные знаки, но я научился их читать. Мы медленно кружим друг около друга на ринге, выставив вперед правую ногу. В туйшоу требуется проявить упорство, чтобы остаться в пределах ринга. Иногда приходится опираться на отведенную назад ногу, но переносить вес тела на одну ногу надолго не рекомендуется, поскольку это ограничивает ваши возможности перемещения и ухудшает позицию. Опытные бойцы об этом хорошо знают, но иногда их навыки можно использовать против них самих. Мы двигаемся медленно и плавно. В какой-то момент я улавливаю, что он моргает — вернее, только-только начинает. Я провожу комбинацию из двух ударов — слева и справа. Мои движения очень короткие и резкие, большой силы я в них не вкладываю. Со стороны кажется, что на ринге не происходит ничего особенного. Но мой удар справа заставляет соперника опереться на отведенную назад ногу, почти бессознательно перенести вес с выдвинутой вперед ноги. В момент моргания я расслабляю правую руку, ловя момент потери концентрации, а затем делаю бросок с учетом того, что соперник начинает двигаться вперед и его тело ускоряется. На долю микросекунды мне удается прижать его выдвинутую вперед ногу к ковру. Если я действительно хороший боец, то успею проделать все это еще до того, как он закончит моргать. Он летит на пол и поднимается с довольно растерянным видом.

Много раз я использовал эту стратегию в соревнованиях; после боя соперники иногда приходили ко мне и говорили: то, что я делаю, — просто мистика. Только что они стояли на ногах и вдруг оказывались на полу; было невозможно заметить, что происходит между этими двумя моментами. Конечно, ничего мистического в этом нет, это просто результат одновременного и взаимосвязанного действия некоторых интересных психологических, технических и обучающих принципов. Я заметил, что соперник вот-вот моргнет, и контролировал его намерения, дожидаясь момента, когда он перенесет вес тела на выдвинутую вперед ногу. Если мне это удавалось, то далее следовали одно-два коротких движения, практически незаметных со стороны. Они имели одну-единственную цель — использовать смещение центра тяжести тела противника. Хочу подчеркнуть, что приведенный выше пример — всего лишь один из возможных вариантов, и эти действия можно нейтрализовать.

Готовясь к чемпионату мира 2004 года, я пригласил в качестве спарринг-партнера своего доброго друга Дэниела Колфилда. Дэн — феноменальный мастер боевых искусств, занимающий второе место в мире в своей весовой категории. Он яростный боец, очень восприимчивый к действиям соперник, обладающий душой философа, что придает особый характер его боевому стилю. Во время подготовки к чемпионату мира мы с ним сходились на ковре каждый вечер, и наши поединки оказывались не менее ожесточенными, чем турнирные бои. Было очень странно бороться друг с другом после стольких лет дружбы. Мы очень хорошо знали привычки и приемы друг друга, да и технических секретов друг от друга у нас не было. Поэтому главным образом это были ментальные поединки. В последние три месяца подготовки мы заключили довольно рискованный уговор о том, что каждый сам отвечает за свою безопасность. Это развязывало нам руки и позволяло драться как в турнирных поединках. Отступать было некуда. Стоило допустить хотя бы небольшую оплошность, и можно было получить травму и вариться в собственном соку до следующего чемпионата. Если кто-то из нас замечал в другом слабость или признак внутреннего волнения, то старался безжалостно этим воспользоваться, пока не получал достойный отпор. Мы не просто боролись на ринге, но учились разгадывать намерения друг друга и маскировать проявления своих чувств.

Дэн — блестящий боец, обладающий взрывной силой удара и отточенной, словно острая бритва, техникой. Он прекрасно знает все мои привычки. Любой выдох становился опасным. Стоило мне на долю секунды утратить концентрацию, как я тут же оказывался на полу. Казалось, даже воздух звенел от напряжения во время наших тренировок. Мы записывали их на видео, и каждую неделю я разбирал эти записи. В разные дни то один, то другой, казалось, находился в другом измерении. Время то ускоряло, то замедляло свой ход. Пару раз, когда Дэн был в особом ударе, я только начинал моргать, а ко времени, когда глаза были открыты, я уже вылетал за пределы ковра.