Читаем Искушение. Сын Люцифера полностью

Андрей рассеяно пошарил взглядом вокруг и вдруг замер, побледнел и в каком-то прямо столбняке уставился себе под ноги. На земле валялся окурок. Его собственный!! Тот самый, который он выбросил два часа назад, отдыхая на этом же самом бревне. Они сделали с Верой круг по лесу и вернулись в то же самое место! И сидели сейчас на том же самом дереве, на котором сидели два часа назад!

Андрей почувствовал, что у него буквально волосы на голове зашевелились. Этого просто не может быть! Он слышал, конечно, что человек, заблудившись, начинает ходить по лесу кругами и даже объяснения всякие этому знал: что, мол, шаг левой ногой чуть короче, поэтому непроизвольно человек начинает по ходу движения забирать влево и т. д. и т. п. — но не до такой же степени! Чушь всё это! Все эти «объяснения». Ну, примерно, приблизительно — это еще понятно. Это еще куда ни шло. Но не в то же самое место!!? Что вот он, окурок мой под ногами валяется! Да его специально в незнакомом лесу никогда не отыщешь! Даже если цель себе такую поставишь. Матерь божья!

Андрей неожиданно вспомнил, как один местный рассказывал ему за бутылкой, как он тоже однажды заблудился в лесу.

— Я в этом лесу всю жизнь живу и каждое дерево тут знаю. Да и лес-то — название одно! Три сосенки. Блядь! Не могу выйти — и всё! Вот, вроде, сосна кривая, вот береза. После них пройти минуты две прямо — и поворот к дому будет. Поворачиваю — опять то же самое место! Опять сосна кривая и береза! Ну, етить твою мать! Ну, что ты будешь делать! И так раз пять. А это леший водит.

— Как леший?

— Ну, так — леший. Надо просто рубашку наизнанку надеть — и он отстанет.

— Ну, и чего ты? Надел?

— Да. Сел, покурил, успокоился. Потом рубашку переодел наизнанку — и сразу вышел.

Хм!.. Может, мне тоже рубашку надеть наизнанку — и я «сразу выйду»? Андрей невесело усмехнулся. Ладно, рубашку наизнанку одевать — это уж последнее дело, это значит, я уже совсем до ручки дошел. Пожалуй, с этим мы пока еще повременим. Хотя, конечно…

Он с каким-то суеверным ужасом снова взглянул на валявшийся на земле окурок и только головой покачал. Да-а!.. С нами крестная сила!

Ладно, бог с ней, с рубашкой, а вот на дерево слазить стоит. Самое время. Вечер скоро. Темнеть начнет.

Андрей все никак не мог заставить себя до конца поверить в грозную реальность происходящего. В самой глубине души у него, несмотря ни на что, все еще теплилась какая-то безумная надежда, что всё образуется, что сейчас с сосны ему откроется вдруг Черное озеро, протока с их байдаркой!.. Он спустится и с облегчением расскажет об этом Вере, они весело посмеются над своими страхами, заговорщически переглянутся, перемигнутся и, взявшись за руки, отправятся прямиком к байдарке. Сядут в нее, оттолкнутся от берега и поплывут себе в лагерь. Лагерь представлялся ему теперь каким-то недостижимым, сказочным, райским местом. Какой-то прямо-таки землей обетованной! Палатки, люди… костер… чайку горячего попить можно… Дом! Сладкий, милый дом!

Так… Ну, так что?.. Андрей окинул внимательным взглядом ближайшие сосны. Ага! Вот на эту, пожалуй, залезть можно будет. Если постараться. Он еще некоторое время посидел, оценивающе разглядывая выбранное дерево.

Да… пожалуй… На остальных соснах нижние ветки росли слишком высоко. Не дотянешься. А здесь, если… В общем, попробуем.

— Знаешь, Вер, слазаю-ка я, пожалуй, на дерево на всякий случай. Посмотрю, где наше озеро. А то, сколько можно тут бродить! Ночь уже скоро, — нарочито-бодро произнес он и поднялся, разминаясь.

— Как «на дерево»? — непонимающе уставилась на него жена.

— Ну, как, как!.. Так! Влезу сейчас вот на эту сосну, вот и всё, — Андрей кивнул на облюбованную им сосну.

— А если ты упадешь? — недоверчиво переспросила жена, переводя взгляд с огромной сосны на Андрея и обратно.

— Чего это я упаду? Не упаду! — Андрей уже шел к сосне, прикидывая, как бы половчее добраться до всё же довольно высоко растущих нижних веток.

Ага!.. дупло, отличное!.. сучок… Так… так…а!.. черт! Смола еще…

Андрей уже сидел верхом на ветке. Ветка была толстая, так что можно было не волноваться. Она трех таких, как он, андреев, выдержит.

Выше… Выше… Так… Так… Еще выше… Осторожнее… Осторожнее…

Земля все удалялась и удалялась. Наконец Андрей поднялся почти на самую вершину. Ну, и ну! Ух! Блядь, с детства на деревья не лазил. Он глянул вниз. Твою мать!.. Лучше не смотреть. Так, ну чего тут у нас?..

На горизонте сверкало и переливалось на солнце ослепительное стекло огромного озера. Ну, слава те господи! Теперь хоть понятно, куда идти. Черт, далеко только! Ну, не важно. Дойдем. Главное, хоть ясно теперь, куда. А то тычемся, как слепые котята. Ладно слезать надо.

Андрей осторожно, очень осторожно начал спускаться. Пара минут — и вот он уже спрыгивает на покрытую иголками землю.

— Ну, что? — с надеждой спросила жена.

— Порядок! — весело заверил ее Андрей и расплылся в улыбке. — Нормалёк! Наше озеро вон там, — он показал рукой. — На берег выйдем, а там уж по берегу и до лагеря дойдем. Далековато, правда, ну да ничего! Дойдем как-нибудь.