Она действовала, направляя в определенной последовательности по линии ряд вирусов, которые за считанные минуты уничтожали каждый отдельный файл в компьютерной системе-мишени, затем вгрызались глубже, выводя из строя операционные системы, и в конце концов стирали команды загрузочного устройства. Атака была тотальной. Все, что не было продублировано на внешнем хранении, оказывалось безвозвратно утраченным. Прощай, детка.

Джо применил эту программу ко всем семидесяти двум компьютерам, согласно списку, который дал ему Дейв Хотон.

В изнеможении он вышел из АРХИВа, приковылял к кофеварке и наскоро приготовил себе чашку кофе, затем вернулся в комнату оператора, чтобы забрать свой пиджак.

Несмотря на усталость, его мозг, подбодренный большим количеством кофеина, все еще работал по инерции. Подняв глаза, он с удивлением увидел, что на экране появились слова. Он поморщился – ведь он дал команду выхода. Но тут он прочел слова, которые обожгли его, словно огнем.

«Я же говорил вам, что она была мерзкой сучкой, но вы не поверили мне, профессор Мессенджер».

Он неловко улыбнулся и набрал:

«Ты был прав, АРХИВ. Наверное, мне следует доверять тебе несколько больше в будущем».

«Доверять, профессор. Питать доверие. Рассчитывать. Полагаться. Не сомневаться. Доверяй, но проверяй. Опасение. Чуять недоброе. Не заслуживающий доверия. Cum grand salis. Timeo Dandos et dona ferahtes.[10] Не все золото, что блестит. Не всяк монах, на ком клобук».

Джо утомленно протянул руку и выключил питание. Затем с трудом встал и медленно вышел из здания прочь.

83

Таймс, четверг, 10 февраля 1994

Специалист по компьютерам Джозеф Мессенджер, профессор кафедры искусственного интеллекта Университета имени Исаака Ньютона, вчера был приговорен к трем годам тюрьмы. Его признали виновным в повреждении 72 компьютерных систем в Британии и за границей.

Брайтонский уголовный суд рассматривал дело Джозефа Мессенджера. Лауреат премии Мак-Артура за выдающиеся достижения в науке стер базы данных в Мидленд Банке, «Бритиш эруэйз», метеорологической службе, Вестминстерской телефонной станции, «Американских авиалиниях», Чейз Манхэттен Банке и «Японских авиалиниях» наряду с другими пострадавшими компаниями.

«В голове не укладывается, что человек с вашими научными заслугами и положением мог отважиться на такое бессмысленное варварство», – заявил Мессенджеру судья Майкл Дили-Кин.

Профессор признал себя виновным в нарушении Закона о компьютерных злоупотреблениях. Он не дал никаких объяснений своим действиям. Его имя и ранее попадало на первые страницы газет, когда его трехлетний сын Джек был похищен гувернанткой, работавшей в его семье.

Эпилог

Джо отсидел двадцать два месяца в тюрьме открытого типа в Суссексе, примерно в тридцати милях от университета. Большую часть времени он посвящал обучению своих собратьев по заключению использованию компьютеров в бизнесе.

Он никому не открыл правды ни о том, почему он вторгся во все эти компьютеры, ни о Джулиет Спринг и Сьюзен Роуч. Полиция так никогда и не докопалась, кто такая на самом деле Стасси Холланд. Суперинтендент Лайн расспрашивал о ней Джо, Карен и Джека при различных обстоятельствах и даже беседовал с Джо, когда он был в тюрьме, но Джо опасался, что у общественности возникнет отрицательная реакция на крионику, если он расскажет, что произошло в действительности.

Прошел почти год, прежде чем полиция признала, что так и не смогла выяснить личность молодой женщины, которую разыскивала.

– Это было похоже на охоту за призраком, – сказал профессору детектив Лайн однажды в порыве откровенности. – Она словно вынырнула из ничего и так же бесследно ушла в ничто.

Дело о похищении Джека Мессенджера так и осталось нераскрытым.