«В прошлую среду вечером Стасси и Джек оставались в доме одни. Ты помнишь это?»

«Простите, профессор. Но этой информации нет в моих файлах».

Джо подозрительно уставился на экран. Что-то было не так. Он вспомнил о трудностях, возникших в прошлую среду, когда он попытался продемонстрировать записи, сделанные камерами, стоящими в доме, детективам. Тот факт, что видеозапись не велась, не должен был сказаться на остальной части памяти АРХИВа. Или это был еще один отказ, или кто-то сделал это специально. Кто-то, кто хотел скрыть все следы того, что произошло вечером в среду.

И знал, как это сделать.

«Твоя сладкая женушка с физиономией, вымазанной козьим дерьмом».

Он должен был признать, что Джулиет раскусила способ кодирования камер. Неужели она все еще пытается из могилы добраться до него? Мысль была абсурдна, и он задумался над вещами более реальными.

Блейк…

Блейк вызывал у него беспокойство. В этот вечер он вел себя странно; может быть потому, что это он устроил к нему Стасси и теперь испытывал чувство вины? Но здесь было еще что-то. Странная раздражительность, которая появилась у него после того, как Джо рассказал ему о миссис Роуч. Но отчего? Джо не мог отделаться от впечатления, что Блейк что-то от него скрывает. Что-то, касающееся Стасси?

Может быть, он пытается прикрыть ее? Джо теперь смотрел на события под иным углом: он на веру принял в свой дом незнакомку, не удосужившись проверить ее. Может быть, у девушки были какие-то темные секреты в прошлом, к примеру, психическая нестабильность? Блейк сказал ему, что тот тип, который впервые упомянул о ней, сейчас находится в Гималаях. Не было ли это попыткой защитить старого друга?

Джо опустил голову на руки. Они с Блейком слишком долго работали вместе, чтобы Блейк обманул его. И в глубине души он просто не мог поверить, что Блейк что-то от него утаивает. Но все же… Он снял трубку и набрал номер международной справочной службы.

– Какая страна? – спросила телефонистка.

– Гонконг. Есть ли в вашем списке кто-нибудь по фамилии Холланд?

– У вас есть адрес, сэр?

– Боюсь, что нет.

– Это на острове Гонконг, в Коулуне или на Новых территориях?

– Я… я не знаю, простите.

– Мне надо посмотреть и проверить, есть ли кто с такой фамилией.

Джо подождал, пока голос не откликнулся снова.

– Никого по фамилии Холланд нет на Новых территориях. Но есть одиннадцать в Гонконге и тринадцать в Коулуне.

Джо почесал подбородок.

– Все частные номера?

– Да, сэр. Вам известны инициалы?

– Нет, но, полагаю… Я… не могли бы вы дать мне их все.

– Все двадцать четыре номера?

– Да. Можете выписать за это дополнительный счет.

– Придется, сэр, – сказала она и принялась диктовать номера.

У него болела рука, когда он записал последний номер. Он поблагодарил телефонистку и положил трубку. Номера заняли три листа писчей бумаги. Он взглянул на свои часы и высчитал, что в Гонконге сейчас 4:15 утра. Не слишком подходящее время для звонка. Придется передать номера в полицию завтра рано утром, пусть проверят.

67

И действительно, суперинтендент Лайн, не откладывая, с утра засел за проверку. В 8:30 он появился собственной персоной, впервые без Гавроса. По данным полиции и департамента иммиграции, гражданки Гонконга по имени Анастасия Холланд не существует. Нет также никакой британской подданной с таким именем, проживавшей в Гонконге.

Стасси Холланд нет. Значит, Блейк солгал ему? Приступ страха взорвался внутри Джо, как маленькая бомба. Кто она? Кто же она такая, черт возьми?

Лайн ушел, сказав на прощание, что это интересный поворот дела и теперь они к чему-то придут. Им необходимо еще раз поговорить с профессором Хьюлеттом. У него даже появилась какая-то легкость в походке.

Джо был ошеломлен, он не решился пока рассказать Карен то, что узнал от Лайна. Не надо пугать ее. Инстинктивно он направился в свой кабинет – назад в утробу. Он пробежал взглядом по книжным полкам, которые занимали одну из стен, по ряду, уставленному книгами, написанными его отцом. Страх креп в нем. Он заставил Джо мысленно вернуться на двадцать лет назад, к смертному ложу отца.

Торонто, 1982 год. Морозная февральская ночь. Его разбудил телефонный звонок медсестры из больницы.

– Доктор Мессенджер, ваш отец зовет вас. Он очень хочет с вами поговорить.

Джо вспомнил, как ехал через снежные заносы. В госпиталь он добрался около трех часов ночи. И увидел Блейка, выходящего из лифта. К тому времени, как он приехал, отец уже умер.

Он никогда раньше об этом не думал, у него не было причины подозревать Блейка. И не было причины, чтобы считать странным его появление из больничного лифта в три часа ночи. Его отец так верил в своего протеже, передавал ему свои знания и возлагал на него большие надежды. Было бы отречением от доброй памяти об отце рассматривать Блейка в свете последних событий как-то по-новому. Только из-за того, что он знаком с кем-то, подсунувшим ему эту гувернантку.

Лайн мог ошибиться, а он теперь пытается сделать выводы из того, чего на самом деле нет. Это опасно. Антинаучно.