Затем, как от удара молотком по стеклу, голова Джулиет взорвалась и разлетелась на миллион осколков.

47

Джо сидел, как окаменевший, и смотрел, как рассыпаются кусочки лица Джулиет; вот уже на экране не осталось ничего, кроме мерцающего курсора и его собственного отражения.

Во рту пересохло. Это что, тоже часть программы, оставленной после себя Джулиет? По чистой случайности в ней, как в зеркале, отразилось все, что случилось с ее головой вчера? Или это АРХИВ повторил сделанную им с помощью уличной видеокамеры над входной дверью запись происшествия? Может, это идиотская шутка АРХИВа?

Размышляя, Джо напечатал: «Почему ты так сделала, Джулиет?»

Его вопрос какое-то время оставался на экране без ответа, затем появились слова: «Другая сторона вышла из системы».

Джо снова напечатал: «Разговор с Зебеди», – и ткнул клавишу ввода.

На экране возникло слово: «Вызываю…»

В течение тридцати секунд ничего не происходило. Затем экран на миг очистился, и Джо прочитал: «Вызываю повторно вашего собеседника…»

Тут зазвонил телефон. Джо поднял трубку:

– Алло?

Карен была на грани истерики.

– Джо… Я не могу найти Джека. Он исчез!

Джо задохнулся, как от удара, пол ушел из-под ног.

– Ну и где он… – Он понял несуразность своего вопроса. – То есть… дорогая… где он был в последний раз?

– В спальне, – всхлипывала жена. – Что-то около часа назад он вошел и сказал, что проголодался. Я сказала, что спущусь и приготовлю ему завтрак.

– Где ты искала?

– Везде. – Ее голос усилился до крика. – Господи, везде! Потому и звоню тебе!

– В гараже? Ты смотрела в гараже?

– Я говорю тебе, что искала везде. – Она снова зарыдала.

– Родная моя. – Джо попытался успокоить ее. – Ты искала снаружи? В беседке?

– ВЕЗДЕ!

– Проверь на улице, дорогая. Я уже еду, сейчас буду. Хорошо?

Она плакала так горько, что вряд ли услышала его ответ. Джо положил трубку, вышел из системы и ринулся в коридор, одними губами бросив Эйлин Пикок:

– Вернусь.

– Дугал, – сказала она ему вслед.

Джо резко остановился и повернулся к ней, ничего не понимая. Эйлин застыла, глаза сквозь толстые стекла очков смотрели виновато.

– Дугал? – повторил профессор.

– Еще один персонаж из «Волшебной карусели». Просто я вспомнила… вдруг это вам как-то поможет?

– Спасибо, у меня… – Дугал. «Волшебная карусель». О чем это она, черт возьми? – У меня… несчастье… надо домой. Не могли бы вы отменить мою консультацию в десять? – И Джо побежал. Только не Джек, только бы с ним ничего не случилось! Будь в порядке, Джек, пожалуйста, будь в порядке! Он твердил это про себя снова и снова, забираясь в машину, заводя ее.

– В спальню, – произнесла Карен. – Он, как обычно, вошел в спальню.

– Одетый?

– Я не помню.

– Ты должна вспомнить. Он был одет? – Джо скомкал платок и стал вытирать заливающие ее лицо слезы. Карен, все еще в халате и утренних шлепанцах, вся сотрясалась от рыданий, доведенная до исступления.

– Делай же что-нибудь! – вдруг истерично заорала она на него.

Джо взял ее за плечи.

– Дорогая, дорогая, – произнес он. – Успокойся. Он где-то здесь.

– Где? О боже, где он?

– Спрятался где-нибудь, куда ты не заглянула, вот и все. Ты же знаешь, он любит прятаться.

– Он не прятался раньше так надолго, Джо. Звони в полицию.

– Давай сначала вместе все обследуем. Прочешем каждую комнату. Иногда он ведет себя как мартышка, возможно, он решил, что это такая замечательная игра.

Карен, совсем обезумев, трясла головой.

– Он больше не играет в эту игру. – Она посмотрела на свои часы. – С того момента прошло уже полтора часа.

Джо старался не показать свой страх.

– Входная дверь… она была закрыта?

Карен кивнула.

Джек не мог сам открыть дверь, задвижка слишком тугая. Джо прошел через кухню и проверил заднюю дверь, она была закрыта на ключ и задвижку. Затем – дверь во внутренний дворик, тоже закрыта. Плачущая Карен последовала за ним. Она стояла у двери, сложив руки, на правой сквозь бинт проступали пятна крови.

– Джо, я не перенесу, если с ним что-нибудь случится. Ему столько же лет, сколько было Барти, когда…

– Он в доме, дорогая, он должен быть здесь, – перебил ее Джо. Он не мог допустить, чтобы Карен начала сопоставлять. Иногда он ловил себя на том, что с беспокойством ожидает следующего дня рождения Джека. Ему хотелось доказать всему миру, что они с Карен способны сохранить ребенка вне детского сада, что они, как родители, не прокляты, не заколдованы. Джо знал, что жена временами думает о том же. Они никогда не обсуждали этот вопрос, однако напряженность по этому поводу оба чувствовали.

Мысли Джо мешались. Не оставил ли он, выходя утром, открытой входную дверь? Нет, он помнил, что тихонько закрыл ее, стараясь не разбудить Карен или Джека. Джо осмотрелся. Ему показалось, что в холле что-то задвигалось, он бросился туда, но ничего не обнаружил.

– Джек! – позвал он. – Сынок, я дома, разве ты не придешь поцеловать меня? Джек? Дж-е-е-е-е-ек!

Ответом ему была гулкая тишина.

– Дже-е-е-ек! – крикнул он вверх. – Дже-е-е-ек!