– Нет. Это все. Похоже, что Сьюзен Роуч удалось вовремя смыться. Детка избежала судьбы худшей, чем смерть.

Он захихикал над своей шуткой.

Джо не поддержал его.

75

Флойд Пуэбло взглянул в окно офиса. Беспорядочно разбросанные приземистые конторские здания и жилые дома, неряшливые коробки многоквартирных новостроек и огромные рекламные щиты громоздились на сравнительно небольшом плоском пространстве.

Вокруг, насколько он мог видеть из окна, не было построек старше десяти лет. Печать вечности лежала разве что на гряде скалистых гор, когда она не была скрыта серо-коричневым смогом, поглотившим горизонт. А поглотил он его несколько дней назад и держался до сих пор. Иногда тут бывало даже хуже, чем в той адской дыре, откуда он перебрался сюда.

Он покинул Лос-Анджелес пять лет назад, как раз после того, как жена родила ему дочь Лауру. Фонд продления жизни предлагал ему должность сторожа, если он согласится переехать сюда. Он не заставил просить себя дважды.

И никаких ночных смен. И можно не дышать этим удушливым воздухом дьявольской дыры. И не обращаться как с равными с педиками. Вторая поправка! Колорадо – единственный штат, который не подписал Вторую поправку о равных правах для педерастов. Здесь ты можешь ходить по городу и выбивать из них дерьмо – и никаких к тебе претензий.

К тому же Пуэбло не хотел больше иметь дела с лос-анджелесской полицией, которая помнила его; помнила, что он был одним из них и выкинут за то, что польстился на ерундовую взятку. Помнят и то, что он донес на четверых коллег, чтобы спасти свою задницу.

А теперь смог здесь такой же, как в Лос-Анджелесе, и насилия столько же. И его сын стал на пять лет старше. Флойд-младший запрыщавел и воняет, как хорек; все время или сидит в своей комнате и крутит рэп, или слоняется – в дом и из дома, не говоря маме с папой и сестричке даже «привет».

А внизу под сводами, под ним, в алюминиевых цилиндрах, погребенных в граните, двадцать семь человек молча ожидают, когда их снова вернут к жизни. Они заплатили за возвращение хорошие деньги. Флойд Пуэбло не понимал, как кто-то в здравом уме может пожелать вернуться обратно. Это доказывало теорию, что все эти люди чокнутые.

Но некоторые из них были менее чокнутыми. Тринадцати из них хватило все же ума отдать свое тело на заморозку целиком. Он посмотрел на фотографии в рамке из красного дерева, которые он собственноручно развешивал на стене. По крайней мере, они-то будут в порядке, когда вернутся, если, конечно, их мозги не расплавятся. Не в пример тем, у кого заморожены только головы. Что будет с ними, когда они вернутся и захотят поиграть в футбол?

Где-то в районе шоссе 93 завыла сирена. Он посмотрел на настольный календарь. Вторник, 4 июня. Он пробежал глазами список проверок на эту неделю. Завоз жидкого азота ожидается завтра. Ежемесячная проверка давления в цилиндрах – как полагается. Иногда так бывает. В таких случаях он оказывается не только сторожем, но и телефонистом.

Проверка давления в подвале заняла у него два часа. Эту работу он не любил больше всего – ползание там, внизу, среди блестящих цилиндров, в темноте и холоде. Он вспомнил ту ночь в Лос-Анджелесе, когда черт попутал его с этой взяткой…

Неужели они со стариной Уиллом Доэни не сумели бы загладить свою вину? Но полицейские ублюдки раззвонили их историю в газетах по всему Западному побережью.

Он включил автоответчик и собрался уже уходить из помещения. Но не успел подойти к дверям, как зазвонил телефон. «Пусть себе, – подумал Флойд, – автомат ответит». Но тут вспомнил, что его жена в последнее время плохо себя чувствовала. Патти собиралась этим утром пойти к доктору, чтобы узнать результаты анализов. Он шагнул обратно к столу и поднял трубку.

– Фонд продления жизни, – сказал он.

В ответ раздалось шипение и треск, – похоже, звонили издалека.

– Алло, я звоню из Англии. Не могли бы вы мне помочь? – произнес голос с канадским выговором.

На линии продолжались шумы и помехи.

– Вас не очень хорошо слышно, – сказал Флойд Пуэбло.

– Меня зовут профессор Джозеф Мессенджер. Мой покойный отец Вилли Мессенджер – один из основателей «Крикон корпорейшн», которая обанкротилась в конце прошлого года.

«Вилли Мессенджер». Флойд покопался в памяти, но это имя ни о чем ему не говорило.

– Угу-м, – вежливо пробурчал он.

Он припомнил, что видел в газетах название крионической организации, которая обанкротилась. Ужасная история. Говорят, когда из цилиндров выпустили жидкий азот, они стали действовать как печи, и тела испеклись.

– Да. Я пытаюсь отыскать сведения о пациентке, которая была перемещена из «Крикон корпорейшн» в вашу организацию в восемьдесят седьмом году. Ее звали Сьюзен Роуч.

Это имя вызвало отклик в памяти Флойда. На мгновение он крепко задумался и тут же сообразил; его глаза метнулись к фотографиям, висящим на стене. «Сьюзен Роуч». Эта надпись значилась под цветной фотографией прелестной девушки лет двадцати, с длинными каштановыми волосами. Он понял, почему имя показалось ему знакомым.