– Она была довольно странной, это я помню. Печально наблюдать, как такая привлекательная девушка не может справиться со своими проблемами. – Доктор поморщился, затем быстро встал. – У меня, кажется, сохранились заметки о ней – я собирался кое-что написать. Но так и не смог этим заняться. Нет времени, вот главная проблема. Я бы мог сделать кое-что в ближайшие пятьдесят лет – но не в этом проклятом теле!

Он повернулся к картотеке, выдвинул один из ящиков и стал перебирать ряд аккуратных бежевых карточек. Вытащив одну из них, проверил имя, обозначенное сверху, выдвинул ящик и сел.

– Сьюзен Роуч, – объявил он, держа карточку так, чтобы Джо мог сам видеть надпись, и открыл прикрепленный к ней конверт. Он молча читал скрепленные листки, затем поднял глаза: – Да, я думаю, это та самая девушка. В шестнадцать лет она забеременела и пыталась это скрыть. Кончилось все мертворожденным ребенком, извлеченным с помощью кесарева сечения, причем настолько неудачно, что она лишилась всяческих шансов зачать снова. Добавьте к этому еще ужасную историю с ее родителями – вам она известна?

– Ее отец застрелил мать, а потом себя. Это единственное, что я знаю о ней.

– Так. Ну, для любого нормального человека этого может оказаться достаточно, чтобы свихнуться. А она и так была не слишком нормальна. Грубо говоря, и без этого стояла на краю.

– То есть? – Джо отпил кофе, и от сладкого тепла ему стало чуть лучше.

Послышался отдаленный раскат грома.

– Она была очень избалована. Думаю, оттого, что воспитывалась у богатых тети и дяди, и, если бы она не кончила так печально, сделалась бы ужасающе жестокой. Я вовсе не настаивал на ее выписке; это произошло в результате урезания нашего бюджета – мы были вынуждены освободиться от многих пациентов.

Джо ощутил внутри неприятный холодок.

– Жестокость? Вы имеете в виду физическую жестокость?

– Да. – Уайк-Адамс прикоснулся указательным пальцем к своему подбородку, словно проверял, все ли с ним в порядке. – Она ко многому относилась с одержимостью. Хотя бы история со спиралью. Она должна… Э… она знала, что беременность невозможна, но упорно настаивала на введении спирали. Понимаете, она была так зациклена на своем состоянии. Стремилась закрыться. Психическая травма, перенесенная в детстве, вызвала скрытую шизофреническую тенденцию.

Джо кивнул.

– Для вас встреча с ней действительно представляла бы интерес, – продолжал Уайк-Адамс, – она была одержима идеей бессмертия.

На этот раз у Джо вырвался судорожный вздох.

Уайк-Адамс кивнул, осторожно наблюдая за реакцией Джо.

– Да, как и вы, она желала бы жить вечно. – Он снова заглянул в свои записи. – Вот почему она хотела отправиться в Америку. Она говорила, что, когда ее выпустят, она поедет в Калифорнию. Я не знаю, что она думала делать со своей судимостью, но хотела именно туда. Она считала, что будет работать в Голливуде, в кино. И конечно, ее интересовало кое-что другое. – Уайк-Адамс улыбнулся и покачал головой. – Она записалась добровольцем для этой затеи с крионикой.

У Джо началась дрожь.

– Так что вторая причина стремления в Калифорнию – это быть как можно ближе к месту замораживания, когда она умрет. – Он снова улыбнулся. – Она всегда носила один из этих металлических браслетов – «Медик Алерт», вы знаете, – на них изображен жезл Асклепия и инструкции, как поступить с телом после смерти. Я помню, как Сьюзен Роуч все время напоминала об этом персоналу в Паркуэйз: девушка параноически боялась, что умрет и никто не позаботится о том, чтобы правильно распорядиться ее телом – положить в холодную воду, окружить льдом и еще бог знает чем! – Он снова криво усмехнулся, глядя на Джо. – Полнейшая чушь, разумеется. Но вы, наверное, намного больше, чем я, знаете обо всех этих штуках.

– Да, – произнес Джо голосом натянутым, как скрипичная струна. – Знаю.

73

Джо забрался в свою машину и, потянув дверцу, захлопнул ее, чтобы спастись от дождя. Гром рокотал уже издали: гроза, по-видимому, уходила. Он запустил мотор, отъехал от дома Джилберта Уайк-Адамса и оказался на улице, ведущей к центру города.

Крионика. Сьюзен Роуч. Может быть, она уехала в Калифорнию? Как, черт возьми, найти ее теперь! И жива ли она сейчас?

И тут его осенило. Он вдруг понял, как он может ее найти.

Калифорнийское время – это восемь часов отставания. Часы показывали 3:35. Значит, в Калифорнии 7:35 утра. Слишком рано. Нью-Йорк отстает всего на пять часов. Там 10:35 утра. Время терпит. Надо отыскать автомат, который принимал бы кредитные карточки. Неподалеку находился Брайтонский вокзал. «На станции такой должен быть», – подумал Джо.

Он заехал под навес у вокзала, оставил машину рядом со стоянкой такси и вошел в зал в тот момент, когда по радио повторялось объявление о прибытии поезда. Он на мгновение остановился, оглушенный шумом и видом плаката, с которого на него смотрели лица Джека и Стасси.

ВЫ НЕ ВИДЕЛИ ЭТОГО МАЛЬЧИКА

ИЛИ ЭТУ ЖЕНЩИНУ?