Читаем Искушение полностью

Зазвонил внутренний телефон, и он поднял трубку. Это была секретарша.

– Профессор, я дозвонилась в Юридическое общество. Единственный Николас Гринсворд, который у них числится, умер в семьдесят девятом году. Он был исключительно практикующим адвокатом, и его клиентура перешла к фирме «Мэйнард энд Кьюсак» в Сити.

– Спасибо, не могли бы вы добыть для меня их номер?

– У меня он уже есть.

Джо отменил инструкции, данные АРХИВу, и набрал номер фирмы. Оператор местной внутренней сети соединил его с секретаршей одного из партнеров, которая переключила его на другую секретаршу. Всего в фирме пятьдесят два партнера, сообщила она; может быть, она перезвонит ему позже или он предпочитает подождать, пока она попробует разыскать человека, с которым ему нужно поговорить? Он согласился подождать, и ему пришлось долго выслушивать закольцованный отрывок из увертюры к «Вильгельму Теллю», который транслировался по телефону.

Наконец голос, сухой, как пергамент, произнес:

– Саймон Олдридж.

Джо представился и спросил, работают ли юристы Мэйнард и Кьюсак по-прежнему для кого-то из бывших клиентов Николаса Гринсворда? Юрист насторожился.

– Мы не предоставляем информацию о наших клиентах, профессор Мессенджер.

– Этот клиент скончался.

– Фамилия?

– Роуч. Сьюзен Роуч.

– Никогда о такой не слышал, – подчеркнуто сухо ответил юрист.

– Но она определенно была клиенткой мистера Гринсворда в семидесятом году.

– Его практика перешла к нам в семьдесят девятом году, профессор. Вся картотека в то время находилась в пассивном состоянии, и мы были вынуждены просто хранить ее в течение шести лет, а затем она была уничтожена – за исключением документов, разумеется.

Джо поблагодарил и положил трубку. Чтобы успокоиться, встал и походил по комнате. На улице быстро темнело. Он снова позвонил секретарше и попросил ее узнать телефон Министерства внутренних дел. Он хотел узнать название психиатрической лечебницы, в которую Сьюзен Роуч была направлена более двадцати лет назад, но сомневался, найдутся ли там сейчас люди, которых можно было бы расспросить.

Эйлин Пикок позвонила почти сразу же и сообщила телефон главной справочной Министерства внутренних дел. Профессор попросил соединить его, и оживленный женский голос сказал ему, что следует обратиться к регистратору отдела тюрем. Когда Джо набрал нужный номер, там отозвался столь же бодрый женский голос.

Да, у них есть записи, которые ему нужны, но он должен сделать письменный запрос, указав причину, по которой он обращается за этими данными, после этого заявка будет рассмотрена в течение трех недель на следующем заседании комиссии. Она предупредила, что записи не могут выдаваться в течение ста лет, и заявки обычных граждан редко удовлетворяются. Желает ли он записать адрес?

Джо сказал, что желает, и, не выпуская трубку из руки, записал то, что она продиктовала. А затем, словно невзначай, спросил:

– А теперь эти данные компьютеризованы?

– За семидесятые годы? – спросила она. – Да, определенно. Начиная с шестьдесят четвертого и до наших дней.

Джо поблагодарил ее и положил трубку. Он дал инструкцию АРХИВу искать среди номеров, близких к номеру Министерства внутренних дел, телефон для компьютерной связи и стал ждать.

Прошло три минуты, пятнадцать, двадцать минут. Было уже четверть третьего. АРХИВ продолжал поиск, и Джо забеспокоился.

Он дал инструкцию проверять номера, но не соединяться ни с одним из них. После этого он спустился вниз, в компьютерный зал для студентов-выпускников.

Там работали несколько человек, среди которых он с облегчением увидел одного из самых дисциплинированных своих студентов. Найел Копмен сидел, согнувшись над клавиатурой фейнмановской системы, потрепанная кожаная куртка висела на спинке его стула.

Джо подошел и, остановившись позади него, сказал «привет», но ответа не последовало. Джо подождал некоторое время, обошел кругом, так что оказался в поле зрения Копмена, и тот удивленно поднял голову.

– Джо! – Он поморщился, собираясь с мыслями. – Слушай, мне очень жаль, что такое случилось с твоим сыном. Такая невезуха.

Копмен всегда говорил на смеси жаргона хиппи шестидесятых годов и американского сленга.

– Спасибо. Послушай, мне нужна твоя помощь. Ты мог бы оказать мне серьезную услугу?

– О чем разговор, старик, что угодно.

Джо осмотрелся кругом, убеждаясь, что их никто не слушает. Понизив голос, он сказал:

– Мне нужен номер телефона и по возможности пароль, чтобы попасть в Министерство внутренних дел – в регистратуру отдела тюрем. Я полагаю, что подойдет любая компьютерная система в министерстве. Ты не знаешь компьютерного хулигана, у которого могла бы быть такая информация?

Копмен и глазом не моргнул.

– Тебе это нужно скоро?

– Десяти секунд хватит?

– Сговоримся на двадцати.

Он набрал ряд команд, за которыми проследил Джо. Это было подключение к Университету Лидса. Затем последовал запуск команды «Беседа» в системе «Юникс».

– Он ответит сразу, если на месте.

– Кто такой?

– Так, один тип, дока по компьютерам в Лидсе.

– А как твой проект?