Читаем Искушение полностью

Операционная, построенная по стандартному проекту, как две капли воды была похожа на только что покинутую в больнице Принца-регента, только без оборудования для анестезии. Под огромной, как литавра, лампой стоял операционный стол на гидравлической основе. На полу разместились несколько стоек для капельниц и многочисленная аппаратура в чехлах без единого пятнышка. Вдоль стены вытянулся ряд газовых баллонов.

Смерть женщины, с которой он был близок, произошла на глазах у Мессенджера, и это вызывало у него необъяснимое чувство: будто он вытянул жребий жить. Джо вспомнил, что Карен осталась одна управляться с гостями. Он ощутил прилив любви к жене, захотелось позвонить и сказать, как он обожает ее. Стало страшно, что он может потерять ее и Джека. Люди расходятся, не сознавая, что делают. Глядя на оранжевый ящик, Джо передернулся от мысли о том, что могло бы случиться, останься Джулиет жива.

И что может случиться, когда она вернется.

Намокшие волосы Джулиет утратили свой яркий рыжий цвет и сейчас казались тускло-коричневыми, однако открытые глаза сияли, как изумруды, на бескровном лице. Они следили за профессором. Его чувства путались. Он отвел взгляд, затем снова посмотрел на тело. Джо показалось, что выражение бдительного внимания на лице женщины изменилось. Теперь она смотрела грустно и безнадежно. Ему хотелось, чтобы в комнате никого не было и он смог наклониться и поцеловать ее в лоб, чтобы утешить, поддержать.

От дыхания шел пар, Джо потер руки: он оделся очень легко, предполагая, что на вечеринке будет жарко. Холод шел от кафельного пола и проникал сквозь тонкие подошвы стерильной парусиновой обуви. Джо натянул хирургическую маску на нос, чтобы стало теплее.

Мюррей Макалистер и Блейк мыли в раковине руки. Таня Хьюгс помогла мужчинам натянуть латексные перчатки. Джо сделал то же самое, заставляя себя не думать о предстоящем.

Дверь операционной открылась, и вбежал Дуглас Гудман, который обычно выполнял сложные операции на открытом сердце. Он на ходу надевал голубой халат, нижние тесемки маски свободно болтались. Этот спокойный пятидесятилетний мужчина полностью посвятил себя кардиохирургии. Никто не знал причин его добровольной помощи в проведении крионических суспензий, он отказывался от платы за работу, не состоял членом «Крионита», да и никогда не стал бы обсуждать, верит ли он в криоконсервацию. Но когда его вызывали, всегда приходил и делал свое дело так же хорошо и тщательно, как если бы пациент был жив. Джо хотел верить, что Гудман, как и он сам, ненавидит само понятие смерти и что руководит им не только любопытство.

Гудман извинился за опоздание, прошел через сияющую чистотой комнату и, вымыв руки, протянул их Тане Хьюгс, чтобы та натянула на них перчатки. Джо шагнул ближе, чтобы помочь. Затем вместе с хирургом подошел к операционному столу. Ему казалось, что, работая с бригадой, он лучше выполнит данное Джулиет обещание.

Аппарат искусственного кровообращения выключили, а Джулиет переложили из транспортировочного контейнера обратно в пластмассовую ванночку, наполненную свежим льдом и помещенную на операционный стол. Таня Хьюгс смазала грудь Джулиет тампоном, смоченным йодом, и Гудман сделал глубокий надрез пониже ребра. За лезвием скальпеля потянулась слабенькая ленточка кровянистой жидкости.

Подавая зажимы, Джо подумал, что легко представить, будто Джулиет находится под наркозом. Он почувствовал дурноту и отвернулся, чтобы не упасть, пока Таня и Макалистер, зашивая, протыкали иглой плоть. Чтобы успокоиться, он представил себе, как через несколько десятилетий она снова будет лежать на этом же столе. Ее аневризму вылечат с помощью лазерной или нанохирургии, и Джулиет подаст первые признаки жизни. От нахлынувшего оптимизма Джо даже улыбнулся.

В течение всего следующего часа, пока Гудман медленно и скрупулезно вставлял капсулы сперва в правое предсердие, затем в аорту, Джо с вновь обретенной уверенностью заглядывал в невидящие глаза Джулиет. «Все идет хорошо, – говорил он себе. – Без задержки. Взяли тебя вовремя. Все идет как по маслу. Теперь еще один рывок».

Усталый хирург с облегчением сделал шаг назад и подал едва заметный знак: Блейк тут же снова подключил аппарат «сердце – легкие».

Машина загудела, и стал слышен звук циркулирующей жидкости. Стоящая рядом с машиной большая пластмассовая бутылка начала наполняться накачанным в Джулиет в больнице химическим кровозаменителем, похожим на ржавую воду. Сейчас его откачивали, чтобы заменить на янтарно-желтое криозащитное вещество, состоящее в основном из глицерина и сахарозы.

В течение двух часов концентрация криозащитного вещества будет постепенно повышаться, вытесняя воду из клеток мозга и тела. Многократно повторяя промывания, увеличивая концентрацию, люди заменят более тридцати процентов воды в теле Джулиет на вещества-антифризы.