Читаем Искорка полностью

Сегодня еще больше похолодало. Мороз пощипывал щеки и кончик носа, а под ногами приятно похрустывал снег. Всю первую половину дня первокурсники расчищали площадь перед академией от выпавшего ночью снега, и теперь по ее краям высились огромные, выше человеческого роста, сугробы. Никогда еще не видела таких грандиозных.

Мы вышли из главного корпуса и неторопливо побрели в сторону полигонов. Молчать с Иррисом было очень уютно. Ни о чем не говорить, ни о чем не думать, просто идти и знать, что этот человек идет рядом. Но когда мы проходили мимо одного особенно большого сугроба, в котором кто-то даже вырезал ступеньки, и я не смогла удержаться и не разрушить эту приятную тишину.

– Здесь столько снега, что кажется, будто его хватит построить еще один Гельхемейр рядом, – сказала, усмехнувшись.

– Да, – хмыкнул универсал. – А весной все это тает и начинает стекать в ущелья. В такую пору реки часто выходят из берегов и студентов гоняют на практики по ликвидации потопов.

– Это полезно.

– Не спорю. У нас тут вообще очень много практики.

– А ты уже бывал на настоящей? На боевой?

– Это лето провел в Хельвинде, в местном патруле. Город, в принципе, спокойный, но случалось всякое. И драки разнимали, и вора-домушника ловили, когда он из очередного дома вылезал. Один раз даже за контрабандистами гонялись.

– Ничего себе, – пробормотала я.

– А вот еще был интересный случай. В городе есть очень шумная семейная парочка. Что муж, что жена – оба те еще скандалисты и стоят друг друга. Но раньше супруг, бывало, поколачивал благоверную на волне какого-нибудь скандала, а та сразу бежала в участок. Мол, спасите, помогите, убивают. Мы хватали мужа, сажали в камеру и принимали заявление от жены. На следующее утро она обычно прибегала и устаивала истерику уже нам. Люблю, не могу, отпустите любимого, злодеи.

– А заявление?

– А что заявление? Ошиблась, перепутала, перенервничала… Только на моей памяти таких скандалов было аж четыре. Но в один прекрасный день начальнику участка это надоело. И когда дама прибежала спасать супруга, он не стал ее отпускать, а посадил в соседнюю камеру.

– За что? – удивилась я.

– За дачу заведомо ложных показаний. Сказал: заявление ваше у нас есть. Поэтому, либо вы признаете, что соврали, и тогда мужа мы отпускаем, а вы сидите за обман следствия. Либо он действительно вас избил и идет под суд сам.

– И чем это закончилось? – спросила с неподдельным интересом.

– Она так и не смогла определиться, – хмыкнул Иррис. – Неделю мы продержали их обоих в камерах, а потом отпустили. Вот только после этого как отрезало. Никаких скандалов, никаких драк и никаких заявлений.

– Лихо.

– Да уж. Эта практика многое мне дала.

– В этом году тоже туда пойдешь?

– Не знаю, – парень пожал плечами. – Как получится.

– А в Линте студенты работают на фермах. Обычные студенты, я имею в виду. Со мной вообще никто не хотел связываться, поэтому я оставалась в институтской библиотеке или на кафедре, у магистра Литис. Только один раз ей удалось устроить мне нормальную практику в погодном бюро. Но и там на меня косились.

– Я же говорю, кретины, – покачал головой универсал.

Мы снова замолчали. Здесь, за учебными полигонами, территория академии заканчивалась. Было очень тихо и спокойно: ни шума, ни чужих голосов. Как в те ночи, когда мы ночевали в горах. Все же я не соврала Эвантее, сказав, что от похода остались приятные воспоминания. Даже поступок Стига не смог их перебить.

– Мы сегодня чуть не поссорились, – негромко заметил Иррис.

– Угу, – я смущенно опустила голову. – Мне не понравилось с тобой ссориться. Давай больше так не будем.

– Знаю, меня иногда бывает очень сложно терпеть. Я могу давить, могу настаивать на своем, не слушая других, требовать послушания. Но все это только потому, что я переживаю. Ты дорога мне, Искорка. Не хочу, чтобы с тобой что-то случилось.

Я смутилась еще больше. Эти слова, такие простые и бесхитростные, стоили больше всех затейливых признаний. Мужчины вообще не любят признавать свои слабости, признавать, что могут переживать, испытывать эмоции. А Иррис признал, легко и честно.

– Мы можем быть в корне неправы насчет магистра Даралеса, – продолжил универсал. – Можем ошибаться насчет цели этих убийств и даже связи между ними. Но пока преступник не пойман, я буду волноваться за тебя. И буду пытаться защитить.

– Спасибо, – прошептала я.

Иррис поймал мою руку и переплел пальцы со своими.

– Ты не переживай так, – пробормотала тихо. – Вряд ли мне грозит реальная опасность.

– Уже погибли двое чистых стихийников.

– Два – это даже не закономерность. Может быть просто совпадение.

– Не хочу, чтобы закономерность подтвердилась через кого-то из моих близких, – Иррис был непреклонен.

– Ты прав, – вздохнула, а потом грустно улыбнулась. – Но вряд ли убийцу могу заинтересовать такая дефектная я.

Универсал резко остановился и повернулся ко мне.

– Ты не дефектная. Даже не смей так думать. А твоя проблема решится.