Читаем Искажение полностью

В совпадения Хамелеон не верила, и потому смерть первой цели вызвала у неё логичный вопрос: «Что происходит?» Вариантов ответа было ровно два. Первый: кто-то ведёт игру одновременно с заказчиком, второй: происходящее гораздо серьёзнее, чем ей представили.

Второй вариант таил в себе множество угроз, но Бри решила не отступать. Она отправилась по следующему адресу – в дом на Шереметьевской улице, – позвонила, а когда услышала за дверью шаркающие шаги, негромко произнесла:

– Я говорю голосом Гаапа.

Как заказчик и обещал, дверь открылась сразу, и перед Хамелеон предстала древняя, под сотню лет, старуха в халате неприятного цвета.

– Что нужно Гаапу? – прошамкала она, недружелюбно разглядывая гостью.

Вместо ответа Бри шагнула в прихожую и, продолжая движение, плавно и предельно точно вогнала под сердце старухи длинную тонкую спицу. Старуха коротко вздохнула, но и только – ни кричать, ни сопротивляться она уже не могла.

– Спица смазана токсином, – холодно произнесла Бри, одной рукой удерживая ошарашенную жертву на спице, а другой закрывая дверь. – Если хочешь жить и дальше служить нашим Древним господам, скажи, за что вас убивают. И я дам противоядие. – Подумала и добавила: – Я – друг.

Несколько секунд старуха с ненавистью таращилась на Хамелеон, но жажда жизни победила, и она проскрипела:

– Нас не убивают.

– Я видела мёртвую Наину.

– Ты видела, но ничего не поняла. Сестра Наина принесла себя в жертву ради высшей цели.

– Какой?

– Мы поднимаем Безликого.

Бри не сразу поняла, о чём говорит старуха, а когда сообразила – не смогла сдержать изумлённого восклицания:

– Безликий мёртв!

– Жив! – рассмеялась старуха. – И скоро у Земли будет новый хозяин! – А в следующий миг смех превратился в кашель. С кровью. Старуха покачнулась и потребовала: – Противоядие!

– Не сегодня, – отмахнулась Бри.

И отступила на шаг, позволив жертве рухнуть на пол.

Итак, ответ получен – чокнутые невесты готовят возвращение Древних. Заказчик узнал об этом и нанял Бри, чтобы не допустить воцарения Безликого.

– Ну, что ж, я не против, – усмехнулась Бри. – Я только «за».

Хамелеон уселась перед старым трюмо, обмакнула пальцы в крем, который принесла с собой, и стала мягкими, уверенными движениями массировать лицо, начиная со лба. На глазах превращаясь в страшную, морщинистую старуху – точную копию убитой.

* * *

Отражение…

Оно возникает каждую секунду, каждое мгновение и обогащает мир новым взглядом, новым светом или новой тенью. Отражает мир в глазах и воде, зеркалах и окнах, и в миллионах искусственных глаз – в объективах видеокамер, бесстрастно, без души, но с фотографической точностью. Камеры слежения, камеры наблюдения, камеры измерения скорости… Стационарные и на дронах, в смартфонах и автомобилях, связанные с сетью или связанные с сетью втайне от хозяина, они формировали новый мир – лишённый тайн.

Открытый, но не свободный.

Мир искусственный, неживой, лишённый силы, но копирующий всё вокруг.

Мир, который Авадонна знал досконально.

– Интересно, куда же вы идёте, – пробормотал он, наблюдая за перемещениями Порчи и Кросса.

Дрон сейчас находился в резерве, а передвижение подопечных Авадонна контролировал с помощью уличных видеокамер – специалисты «mystiPlex» подключались к городским сетям без труда, в любое время дня и ночи, позволяя карлику не выпускать объекты из поля зрения.

– Кого же ты нашёл?

Карлика так увлекло преследование, что он уже собрался направить к Иннокентию настоящих агентов, но не успел – зазвонил телефон. Авадонна чертыхнулся, достал трубку, намереваясь сбросить звонок, однако увидев, кто пытается до него добраться, чертыхнулся ещё раз, но ответил:

– Что-то важное, Виссарион?

По тону карлика книжник понял, что позвонил не вовремя, но твёрдо ответил:

– Поверьте – очень.

– Я весь внимание, – вздохнул Авадонна, не отрывая взгляд от монитора.

– Я завершил перевод дневника.

– Как я понимаю, главное мы уже услышали.

– Как выяснилось – нет.

Карлик нахмурился:

– Обнаружил что-то важное?

– Я бы даже сказал: чрезвычайно важное.

Авадонна знал Обузу не один десяток лет и прекрасно различал оттенки его голоса. Он понял, что Виссарион необычайно взволнован, отвлёкся от наблюдения за парочкой и сделал несколько шагов по кабинету:

– Говори.

– Послушайте цитату из дневника, – книжник откашлялся и принялся громко читать, без выражения, но чётко произнося каждое слово: – «Я часто думаю над словами, которые бросил Безликий во время обращения в сгусток. Они преследуют меня. Они стали мне сниться – слова. Я не делился ими с Элизабет, но записал, чтобы не забыть, ибо теперь мне кажется, что Безликий пророчествовал, хотя и говорил совершенно невозможные вещи. Он говорил, что мы с Элизабет будем убиты… Убиты! Что может быть глупее? Поэтому я рассмеялся… Но дальнейшие слова Безликого, его предсказание о том, каким станет мир после нашей смерти, не выходят у меня из головы…»

– Где текст Пророчества? – перебил Виссариона карлик.

– В дневнике его нет, – ответил Обуза. – Вам досталось много книг и записей из особняка Древних?