Читаем Искажение полностью

– Так сказал Пэн? – уточнил Кирилл.

– Посвящённый Пэн, – выдохнул Влазис. – Больше уважения, урод.

«Мабраска» скрывала от людей очевидные признаки сепса: раздвоенный язык, вертикальный зрачок, два ядовитых клыка в верхней челюсти и отсутствие ушных раковин. Но даже скрыв эти детали, змеевиды не превращались в красавцев. У них были маленькие глаза, сплюснутые носы и очень широкие рты. Поэтому прежде чем продолжить разговор, Кирилл выдержал многозначительную паузу. Настолько многозначительную, что сообразительный Кастор буркнул: «Давай без расизма» и едва заметно усмехнулся. Влазис смысл паузы не оценил.

– Скажите, как давно вы в последний раз говорили с Посвящённым Пэном?

– Ночью.

– Мы напортачили… – Влазис ощерился. – Из-за тебя… Ты нам напортачил.

– Но теперь Пэн нас простит, – поспешил успокоить приятеля Кастор.

– Не простит, – покачал головой Амон.

– Тебе откуда знать?

– Помните, я звонил ночью? Ну, после того, как сумел угнать фургон.

– Помним.

– Я записал тот разговор. Послушаете?

– Зачем?

– Узнаете много интересного.

– Чего именно?

Вместо ответа Кирилл достал из кармана телефон – руки ему сковали впереди, так что особых усилий не потребовалось, – и включил воспроизведение примерно с середины разговора.

– Хорошая игрушка, – оценил смартфон Влазис. – Новый?

Кастор хохотнул.

– Тс-с… – Амон поднёс к губам указательный палец. – Будьте внимательны. Сейчас:

«Я едва успел зажмуриться!»

Послышался тихий стук – на контейнер с Медузой опустилась крышка, а дальше – голос Юлии:

«Кирилл, вы поняли, что произошло?»

«Кажется, да».

«Посвящённый Пэн поступил плохо и был наказан. Поступите хорошо, верните тело».

Кирилл выключил запись.

Влазис грубо выругался и посмотрел на приятеля. Тот сжал ручку дверцы так, что побелели костяшки пальцев, но пока молчал.

– Если не верите записи, можете позвонить Пэну, – негромко произнёс Амон, убирая телефон.

– Зачем она это сделала? – выдавил из себя Кастор.

– Потому что Юлии нужна Медуза, а не вы, – объяснил Кирилл.

– Тебя никто не спрашивал! – взвился Влазис.

– Я думал, мы разговариваем.

– Медуза – наша богиня, – тихо сказал Кастор. – Мы не можем отдать её некроманту.

– Не думаю, что Юлию интересует ваше мнение.

– Зачем ей богиня?

– Взгляд Медузы обращает людей в камень, и это очень серьёзное оружие, – напомнил Амон. – Если вдова Александер сумеет сделать Горгону послушной, ваша богиня превратится в рабыню.

Несколько секунд сепсы обдумывали его слова, но с возражениями не нашлись.

– Что будем делать? – угрюмо спросил Влазис.

Кастор скривился, показав, что не имеет представления, и тем позволил Кириллу полностью завладеть разговором.

– Развяжите мне руки, – предложил Амон, внимательно глядя на оглушённых известием змеевидов. – У меня есть план.

– Какой?

– Сначала нужно определить, чего вы хотите: сбежать или спасти богиню?

* * *

Обхват шеи Медузы оказался на сантиметр меньше, чем у доставленного тела, но Портного это обстоятельство не смутило, ему приходилось сшивать и более неподходящие части.

Сначала – хребет. Для соединения позвоночника Зиновий использовал титановую вставку, а костную ткань срастил магией – иначе поступить не мог. Затем подвинул самый большой увеличитель, распахнул третий глаз, с помощью которого видел и чувствовал гораздо больше, чем с помощью лупы, и взялся за инструменты, за иглы и нити, которые были в десятки раз меньше и тоньше обычных швейных игл и нитей, но предназначались для тех же целей – сшивать. Нервы, вены, артерии, плоть… Каждое – своей, особой ниточкой, не торопясь, но в меру быстро, уверенно. Аккуратно, от позвоночного столба к коже, не пропуская ничего.

Это была ювелирная, необычайно тяжёлая работа, и Юлия следила за действиями Портного с искренним восхищением. С тем восхищением, с каким один мастер смотрит на работу другого. Помогала тем, что не мешала, молча наблюдая, как растерзанное готовится стать целым.

Когда Зиновию осталось срастить кожу, он сделал шаг назад и предельно усталым движением потёр покрасневшие глаза. Его пальцы дрожали.

– Тяжело? – с пониманием спросила Юлия.

Она сама до сих пор не восстановилась, несмотря на то что интенсивно использовала для возвращения Ша все техники некромантов.

– Есть немного, – не стал врать Портной, жадно припадая к пластиковой бутылке с водой.

– Насколько я понимаю, основная часть позади?

– Да. – Зиновий вытер губы и помолчал. – Я обратил внимание, что Лотар не ушёл в машину, а остался в кабинете.

– Он может пригодиться, – лёгким тоном ответила вдова.

Слишком лёгким и потому вызывающим подозрения.

– Зачем он остался?

– Вы боитесь?

– Да.

– Спасибо за откровенность.

– Зачем здесь Лотар?

– А зачем вы ввязались в это дело?

Портной понял, что Юлия не продолжит, пока не получит ответ, и пожал плечами:

– Мне было интересно. Так же, как вам.

Она не услышала в словах лжи и потому тоже ответила честно: