Читаем Искажение полностью

– Какой нужен повод, чтобы выпить кружку пива? – осведомился бармен.

– Жажда.

– То есть ты не испытывал её целых четыре месяца?

– Ты помнишь, когда я заходил в прошлый раз? – удивился Портной.

– Ну, ты фигура известная, а для нашего бизнеса нет ничего лучше, чем знаменитые клиенты, с которыми гости могут сделать селфи.

– Неужели «Отражение» перестало пользоваться популярностью?

– Мир не стоит на месте, – вздохнул здоровяк, почёсывая пузо. – Народ ищет нового, вот и приходится шагать в ногу со временем: разрешаем селфи-палки, пускаем бородатых, начали варить крафтовое пиво…

– На мухоморах? – пошутил Зиновий.

– И на них тоже, – не стал скрывать Михалыч. – У меня сейчас два поставщика, один работает с классическими рецептами, второй любит экспериментировать. Хочешь попробовать «Гнойный эль»? Первая кружка за счёт заведения.

– Что будет после?

– В голове станет пусто и начнешь говорить со странным акцентом.

Прозвучало сомнительно, и Портной счёл за благо отказаться:

– Потом попробую.

– Меню тоже обновляем, – продолжил Михалыч. – Рекомендую хит сезона: крафтовый бургер «Щупальца коррупции».

– С козлятиной?

– С губернятиной. У чиновников часто что-нибудь отрезают, когда они палятся, вот я и решил, что грех добру пропадать.

– Прагматично, – усмехнулся Портной.

– Хорошо, когда городом правят осьминоги, – прищурился бармен. – У них сколько ни отрезай – всё равно вырастет новое.

– Эти бургеры будут вечны.

– Попробуешь?

– Мне не нравятся осьминоги, они жёсткие и скользкие.

– Эти хорошие, – здоровяк зевнул, прикрыв рот огромной ладонью. – Коррупция делает их мягкими и податливыми.

– Ну, давай твою губернятину, – решил Портной, вспомнив, что ещё не завтракал. А вечером не успел нормально поужинать. – Приобщимся к городской политике.

Михалыч вытащил из холодильника увесистое щупальце с надписью «Стадион», отрезал щедрый ломоть и бросил на гриль.

– Чем запьёшь?

– Пиво, – выбрал Зиновий и тут же добавил: – Только без мухоморов.

– Не хочешь расслабиться?

– Рано ещё.

В баре запахло жарящейся коррупцией.

– Зачем пожаловал? – перешёл к делу Михалыч. – Я ведь знаю, как сильно ты не любишь выбираться из Кунсткамеры.

– Стало скучно. – Портной выложил на стойку золотой соверен.

– И как желаешь повеселиться?

– Хочу устроить вечеринку со старым другом. Он недавно приехал в Город.

– Как зовут?

– Кирилл Амон.

– Попробую навести справки, – пообещал Михалыч, не прикасаясь к золоту. – Зайди на днях.

Зиновий выложил на стойку ещё одну монету.

– Вечером, – без уверенности пообещал бармен.

– Не жадничай.

– Требуется доплата за скорость.

– Ладно. – Портной неохотно добавил третий кругляш.

– Ваш знакомый по-прежнему в Городе, – скрипучим голосом поведала чопорная дама и сделала маленький глоток кофе. – Сейчас он на Литейном.

– Где именно?

– Ваш знакомый ловко скрывает своё местонахождение, поэтому особой точности не ждите.

– Ладно… – протянул Зиновий. – Как долго я на абонементе?

Но дама уже вернулась к газете, и за неё ответил Михалыч:

– Сутки, – произнёс бармен. – Потом придётся доплатить. И выставил тарелку: – Твой бургер.

Коррупция выглядела так привлекательно и пахла так аппетитно, что Зиновий схватил бургер сразу, едва увидел. Схватил, крепко сжал и впился зубами, ощущая вкус мяса и соуса. Осьминог действительно оказался мягким и податливым, честно отрабатывающим вложенные деньги.

– Мёртвые неспокойны, – произнёс Михалыч, облокачиваясь на стойку.

Произнёс очень тихо, только для Зольке.

– В смысле? – спросил тот, не прекращая жевать.

– Говорят, Юлия вчера уехала на Васильевский остров и до сих пор не объявлялась.

– С ней всё в порядке.

– Но её мёртвые собираются на Большой Конюшенной, – ещё заметнее понизив голос, сообщил бармен. – Их не очень много, не как для войны, но больше, чем должно быть. Есть ощущение, что собираются они не просто так.

– А для чего? – прошептал Зольке, глотнув пива.

В ответ Михалыч пожал могучими плечами.

– Если бы знал – сказал, но ты будь осторожен, Портной, Юлия сумела прибрать к рукам бизнес семьи Александер и приструнила волколаков Виктора Тагара так, как даже старику Аридору не удавалось. Юлия очень опасна.

– Я тебя понял, – протянул Зиновий, жуя бургер. Однако навалившееся ощущение опасности перебило изумительный вкус коррупции. – Почему ты меня предупредил?

– Это бонус от Учётчицы, – объяснил бармен. – В последнее время к ней не часто обращаются и не так щедро платят.

– Скупой платит дважды.

– А мёртвый не платит вовсе.

– Спасибо. – Зиновий вновь хлебнул пива. – Крафтовое?

– Да.

– С чем?

– Ни с чем, классический лагер.

– И это хорошо.

– Кирилл Амон находится между сорок девятым и пятьдесят пятым по Литейному, – неожиданно произнесла Учётчица, не отрываясь от газеты. – Я не знаю, сколько он там пробудет.

* * *

«Театр? Спортивный магазин? Женское белье?!»