Читаем Искатель Истины полностью

И вновь мы наедине с историями, но эти истории предлагают Искателю, прежде чем отправиться дальше, сделать кое-что для себя. Господь говорит Моисею: «…Ты не сделал того, что требовала известная тебе справедливость — отдать бедному избыток богача. Могу ли я поручать тебе большее, если ты не делаешь и того, что должен делать?» Моисей в человеке означает ту его часть, которая, собственно, и занята поиском Истины, а богач и бедняк — отсутствие внутри человека равновесия. Однако Искатель найдёт здесь и указания, и ориентиры: «Когда мнение принимается за факт, этот «факт» не очень-то вписывается в действительность. Когда факты принимаются за знания, человек, который пытается усвоить их, становится внутренне неустойчив. Точно также, когда одержимость путают с долгом, возникает ощущение некоторой опустошенности…».

Автор знакомит нас с учителями традиции, с их методами обучения, где слова и поступки выражают функцию и предназначение учительства. «…Моя работа, — говорит один из них, — состоит в передаче того, что я должен передать. Все что я говорю и бо́льшая часть того, что делаю, следует этому образцу. Если я изменю своему долгу и вместо этого буду делать то, что хотите от меня вы, то стану вашим инструментом, а не инструментом Истины». Но и ученику необходимо соблюдать определённые правила при контакте с учителем, иначе взаимодействие может не состояться. Ошибочная позиция, в которую становится ученики имеет источник: «они неверно трактуют то, чему их учат другие. Вот две слабости, которые всплывают снова и снова: понимать слова слишком буквально и истолковывать их сугубо поверхностно».

Неожиданно мы оказываемся как бы в гостях у автора «Искателя истины», нечто вроде стоянки в пути. Идрис Шах рассказывает забавные истории, где юмор сопровождает обучение. Это ещё один принцип традиции.

Учитель-пьяница на увещевания своего друга отвечает: «Я работаю, чтобы заработать денег на выпивку. А ты предлагаешь мне бросить пить, чтобы я мог работать!» В древней притче о «пьющих» учителях и учениках ситуация обучения становится для них индивидуальной и групповой стимуляцией.

Ироничная манера изложения уравновешивает драматизм некоторых аспектов поиска и обучения, когда люди изучают одно, потом другое, переходят от учителя к учителю, не получая удовлетворения и, — продолжает автор, — «наконец, оказываются у моих дверей… Некоторые из них в результате всех этих опытов сильно покалечились. Что касается последних, то им, видно, никто не рассказывал старую шутку:

«Когда вы плотничаете, есть превосходный способ узнать, шуруп вам нужен или гвоздь. — Сначала вбейте в доску гвоздь. Если доска треснула, значит, вам нужен был шуруп».

«Иногда я чувствую себя автомехаником, — сетует автор, — которому владелец машины говорит: «Сделайте все так, чтобы машина поехала», а мне приходится брать на себя весьма неблагодарную миссию и говорить:

«Ваша проблема в том, что вы еще не научились водить машину».

Поскольку книга рассчитана на западного читателя, то областью непременного исследования для него должна стать западная культура — его формирующее начало. Ид-рис Шах отвечает на вопросы, свидетельствующие о том, что Запад для нашего Искателя истины — это страна, которую ещё предстоит открыть. «Когда Павлов обнародовал свои открытия о том, что у собаки может быть выработан условный рефлекс, одним из выражений того времени было: «Люди — не собаки!». Как бы то ни было, но, по крайней мере, привычки социальные и привычки, связанные с употреблением алкоголя на Западе, как было продемонстрировано в лабораторных условиях, весьма напоминают поведение крыс…». Наука, которой так гордится Запад и на которой основано большинство социальных институтов, в действительности, остаётся привилегией узкого круга учёных жрецов. «На лекции, посвященной переливанию крови, которая читалась перед научной аудиторией, лектор пренебрежительно говорил о «древних народных поверьях», бытующих среди простых людей и призывал ученых бороться с ними…» Когда прозвучал вопрос к собравшимся: «Кто из них знает свою группу крови?» — около четверти зала подняли руки. На вопрос же, многие ли знают свой знак зодиака, руки подняли все».

«Люди требуют истину, но любой рекламодатель знает, что истина — плохой продавец товаров. Исследования, представленные Американской Маркетинговой Ассоциацией, показали, что правдивые рекламы не работают, а лживые приносят успех за счет того, что создают в клиентах «закупочное» настроение. Именно из-за ненадежности зрения, ненадежности памяти, из-за желания человека, вследствие внушенных ему убеждений, поверить во что угодно, касается ли это религии, автокатастроф или жизни вымышленных персонажей, — суфии утверждают, что прежде, чем человек сможет видеть даже обычные вещи в их истинном свете, необходимо достичь объективного восприятия».

Перейти на страницу:

Похожие книги

Утро магов
Утро магов

«Утро магов»… Кто же не слышал этих «магических слов»?! Эта удивительная книга известна давно, давно ожидаема. И вот наконец она перед вами.45 лет назад, в 1963 году, была впервые издана книга Луи Повеля и Жака Бержье "Утро магов", которая породила целый жанр литературы о магических тайнах Третьего рейха. Это была далеко не первая и не последняя попытка познакомить публику с теорией заговора, которая увенчалась коммерческим успехом. Конспирология уже давно пользуется большим спросом на рынке, поскольку миллионы людей уверены в том, что их кто-то все время водит за нос, и готовы платить тем, кто назовет виновников всех бед. Древние цивилизации и реалии XX века. Черный Орден СС и розенкрейцеры, горы Тибета и джунгли Америки, гениальные прозрения и фантастические мистификации, алхимия, бессмертие и перспективы человечества. Великие Посвященные и Антлантида, — со всем этим вы встретитесь, открыв книгу. А открыв, уверяем, не сможете оторваться, ведь там везде: тайны, тайны, тайны…Не будет преувеличением сказать, что «Утро магов» выдержала самое главное испытание — испытание временем. В своем жанре это — уже классика, так же, как и классическим стал подход авторов: видение Мира, этого нашего мира, — через удивительное, сквозь призму «фантастического реализма». И кто знает, что сможете увидеть вы…«Мы старались открыть читателю как можно больше дверей, и, т. к. большая их часть открывается вовнутрь, мы просто отошли в сторону, чтобы дать ему пройти»…

Жак Бержье , Луи Повель , ЛУИ ПОВЕЛЬ , ЖАК БЕРЖЬЕ

Публицистика / Философия / Образование и наука
Кино
Кино

Жиль Делез, по свидетельству одного из его современников, был подлинным синефилом: «Он раньше и лучше нас понял, что в каком-то смысле само общество – это кино». Делез не просто развивал культуру смотрения фильма, но и стремился понять, какую роль в понимании кино может сыграть философия и что, наоборот, кино непоправимо изменило в философии. Он был одним из немногих, кто, мысля кино, пытался также мыслить с его помощью. Пожалуй, ни один философ не писал о кино столь обстоятельно с точки зрения серьезной философии, не превращая вместе с тем кино в простой объект исследования, на который достаточно посмотреть извне. Перевод: Борис Скуратов

Владимир Сергеевич Белобров , Дмитрий Шаров , Олег Владимирович Попов , Геннадий Григорьевич Гацура , Жиль Делёз

Публицистика / Кино / Философия / Проза / Прочее / Самиздат, сетевая литература / Юмористическая фантастика / Современная проза / Образование и наука