И случилось так, что Халиф Гарун аль-Рашид, Повелитель Правоверных, в компании верного министра Джафара и палача евнуха Масрура, в одну из своих тайных ночных прогулок заметил съежившуюся фигуру на перекрестке.

— В этом человеке есть что-то интересное для нас, — сказал он своим спутникам, а Хасану он сказал:

— Можем ли мы поговорить с тобой, так как мы путешественники, которые закончили свои дела в этом городе и у нас нет здесь друзей?

— Охотно. И так как вы путники, я приглашаю вас в свой дом, где мы сможем провести время в более приятной обстановке, чем здесь, на перекрестке.

Четверка проследовала в дом Хасана, в котором все было приготовлено для приема гостей, хотя они и редко бывали у Хасана, и провела там приятный вечер.

— Друг Хасан! — сказал переодетый Халиф, — Теперь, когда мы познакомились ближе, расскажи нам о себе, о своих радостях и горестях и о своих желаниях…

— Почетный гость и добрый путник! В общем-то, я простой человек, но есть одна вещь, которая мне желанна и одна которую я ненавижу. Я желаю стать Повелителем Правоверных, самим Халифом, и я ненавижу высокомерных и узколобых священников, которые сделали своей профессией изводить всех тех, кто не так лицемерен, как они!

Тогда, улучшив момент, Халиф подсыпал в питье Хасана сильнодействующий наркотик. Через несколько секунд тот потерял сознание и могучий Масрур отнес его во дворец Халифа.

Когда он пришел в себя, он обнаружил, что одет в царские одежды и лежит на шелковых подушках во дворце Халифа, а слуги массируют его руки и ноги.

— Где я? — закричал он.

— В вашем дворце, о, Повелитель! — отвечали слуги, ибо так им велел сам Гарун.

Вначале он не мог поверить, что стал повелителем правоверных, он кусал себя за палец, думая, что спит. Затем он подумал, что его околдовал джинн, король джиннов, не меньше. Однако мало помалу, по мере того, как его приказы исполнялись, он поверил в то, что и вправду является Гаруном аль-Рашидом.

Он отдал приказ, по которому все священники были уничтожены; плата солдатам была удвоена; обязательная военная служба отменена; на реке Тигр построена дамба; все, кто хотел покинуть город, задерживались, так же как и те, кто хотел въехать в город… Все это явилось результатом его окружения и недостатка инстинкта правителя, так что если бы его приказы исполнялись, жизнь королевства была бы серьезно нарушена.

Политические советники считали, что ему следует заключать альянсы, военные советники считали, что следует готовиться к войне. Купцы просили о повышении цен, граждане просили назначить более либеральную администрацию. Мудрецы предупреждали об опасностях обоих решений.

Хасан слушал их всех и попадал под влияние то того то этого.

И все это произошло в течение одного дня, начиная с его неожиданного пробуждения.

Все это время Халиф, Джафар и Масрур наблюдали за его действиями из укрытия, специально для этого оборудованного. Наконец Гарун сказал:

— Это не тот человек, которого мы ищем; человек, который отвечал бы всем возможностям и всем трудностям власти, так чтобы править во благо всем, включая его самого. Освободите его!

И Хасану снова подсыпали зелье, переодели в старые одежды и перенесен к перекрестку, с которого все началось, где он и проснулся через некоторое время с криком: «Я Халиф, и требую, чтобы ты повиновался мне!»

Проснувшись окончательно, он подумал, что видел самый удивительный сон в своей жизни. Но он так никогда и не смог увидеть его снова.

Большой Мир

Жил был один человек, которому наскучила его жизнь в деревне. Захваченный рассказами путешественников о — большом мире, он все больше жаждал войти в него и освободиться от ограничений, окружавших его на каждом шагу.

Наконец он принял решение и поутру вышел на дорогу, ведущую прочь из деревни в Большой Мир.

Вскоре он повстречал попутчика, который как ему показалось, был искушен в тонкостях — большого мира и решил присоединиться к нему.

Прошло немного времени его попутчик (которого мы будем называть Мудрец) сказал:

— Смотри, что это за штука лежит на обочине, и что с ней можно сделать?

Наш герой посмотрел, и увидел, что это пчелиный рой, прикрепившийся к трухлявому пню.

— Это пчелиный рой! Я думаю лучше прихватить его с собой, возможно, его удастся продать.

С этими словами он снял свой плащ, и, сделав из него мешок, собрал большую часть пчел и взвалил на спину. Некоторым пчелам удалось выползти и, покружившись со злобным жужжанием, они набросились на путника, и покусали его. Тот выронил мешок и запрыгал, потирая руку. Затем он схватил мешок и принялся колотить его о камень, пока не выбил всех пчел из своего плаща.

Мудрец сказал:

— Успокойся. Давай присядем и поразмыслим: что ты делаешь?

— Это была нормальная реакция — пчелы укусили меня.

— Разве это нормально — наказывать всех пчел, за то, что сделали некоторые?

— Ты знаешь, что любой на моем месте поступил бы так! — сказал он, думая, как все-таки непонятливы эти философы.

— Давай послушаем, что думают пчелы. — Он сделал мистический знак, и они услышали разговор трех пчел, сидевших неподалеку.

Одна из пчел обращалась к другой: