Читаем Искатель, 2018 №10 полностью

— Каких людей? И о какой опасности ты говоришь?

— Не совсем этим людям, — начальник уголовного розыска раскрыл записную книжку, — скорее их сейфам.

— Так ты говорил с владельцами завода Сан-Галли?

— И с управляющим. Здесь адреса тех, кто занимается делами в столице и может иметь значительные суммы или ценности в сейфах. Всех их надо предупредить, пусть усилят охрану.

— Двадцать один адрес, — присвистнул Громов.

— Мне тоже хотелось бы по каждому из них устроить засаду, но, увы, слишком много адресов и слишком мало у нас людей.

— Может быть, обратиться к генералу Игнатьеву?

— Сергей, — укоризненно сказал Кирпичников. — Мы знаем, когда бандиты пойдут надело?

— Не знаем.

— В том-то и дело, что мы можем месяц прождать. За это время кто-нибудь да проговорится, а значит, засады станут бесполезными, а вот когда мы снимем людей и успокоимся, произойдет очередное ограбление.

— Почему ты думаешь, что произойдет обязательно утечка?

— Потому что по каждому адресу надо держать человек по пять. Следовательно, больше ста человек в один день, их надо сменять ежедневно — значит, уже человек триста. Об их присутствии будут знать еще столько же, включая домочадцев. И ты думаешь, мы сможем утаить сведения? И никто не проговорится? Ладно, вопрос закрыт, пока не будем в точности знать, где собираются появиться граждане бандиты. Да, я про Дозерена забыл, что с ним?

— Обычный трус, действительно звонили ему бандиты. Но для какой цели, я понять не могу. Может быть, чтобы мы распылили силы, бросились по указанному пути и потеряли время?

— Вполне возможно, если главарь наметил в ближайшее время очередное ограбление. Не трать на него время.

Пашка-Бык проживал в доходном доме, выходившем одним фасадом на Екатерининский канал, вторым в Столярный переулок. Занимал не квартиру, а комнату с отдельным входом со двора, чтобы можно было уходить, не привлекая ничьего внимания. Глаза налились кровью, в голове то ли шумело, то ли хмель начинал выходить. На душе было мерзко и неуютно, словно отрезали от нее что-то важное и нужное.

Вышел на улицу в двенадцатом часу. Хотя и наступала августовская ночь, но на улице было довольно душно. Пашка постоял с минуту, переваливаясь с носков на пятки и обратно. В голове не проносилось ни одной мысли, сплошная пустота, наполненная звериной яростью. Под рабочей тужуркой нащупал деревянную рукоять ножа.

В пятом часу Кирпичникова поднял с постели дежурный по уголовному розыску.

— Аркадий Аркадьевич, из Казанской части сообщили о найденных убитых.

— Казанская часть в ведении второй бригады, — устало ответил заснувший только в третьем часу начальник уголовного розыска.

— Капитан Стеньковский вызван на место происшествия, но там…

— Да договаривайте, наконец, что там случилось?

— Шесть убитых в Столярной улице, Мещанской и по Екатерининскому каналу.

— Не понимаю, — нахмурил лоб Аркадий Аркадьевич.

— В Столярном — двое, в Мещанской — трое и по каналу — один.

— На улицах?

— Совершенно верно.

— Выезжаю.

Капитан Стеньковский, худощавый мужчина с болезненным лицом, стоял и хмуро поигрывал желваками. Не было печали, да вот прискакала. Шестеро убитых в одну ночь, и не просто убитых, а зарезанных, как свиньи на бойне, ножом с обоюдоострым клинком.

— Кто их обнаружил? — спросил Кирпичников.

— Дворник из пятьдесят девятого дома по Екатерининскому. Вышел из ворот, а за ними убитый. Сразу же постовому сообщил. Ну, тот, соответственно, в часть, оттуда вызвали сотрудников. Приехали, а здесь не один, а шестеро.

— Шестеро, значит. Цифра уж больно знакомая.

Стеньковский с удивлением посмотрел на начальника.

— Ограблены?

— В том-то и дело, что ничего не взято у убитых, хотя среди них двое в дорогой одежде и с туго набитыми ассигнациями бумажниками.

— Странно.

Кирпичников умолк, над чем-то размышляя.

— Василий Николаевич, у вас карта есть? — В глазах Аркадия Аркадьевича появился блеск.

— Какая? — удивился начальник второй бригады.

— Вам доверенного района.

— А как же!

— Покажите, где найдены убитые.

Стеньковский достал из кармана карту и развернул.

— Вот здесь, у дома номер восемнадцать, — указал он в карту, — перед перекрестком Столярной и Мещанской, потом здесь, здесь и здесь, — палец скользил по карте, останавливаясь у домов 12, 8 и 2 по Мещанской улице, — и последний по Екатерининскому, почти у Казначейской.

— Так, — повторил Кирпичников, и его палец заскользил по карте, — что-то мне подсказывает, что убийцу надо искать вот здесь, — и указал на квартал, расположенный между каналом, Столярной и Казначейской улицами.

— Почему здесь?

— Не знаю. — Аркадий Аркадьевич поморщился, покачал головой и медленно произнес: — Посмотрите, я могу ошибаться, но… Вот видите, в этих местах найдены мертвецы. Здесь, здесь и здесь. Проведем линию, — палец следовал по улицам. — Ничего не напоминает?

— Вы хотите сказать, что…

— Именно. Складывается впечатление, что шел убийца и резал тех, кто попадался на дороге, невзирая на лица. Вот поэтому убиты люди разного достатка, и к тому же, прошу учесть, не ограблены.

— Ведь верно. Но убийца мог прийти сюда, приехать, наконец.