Искатель

Сергей Зайцев

Глава 1

«Резервное восстановление аватара завершено».

Все-таки разбился.

Не хотелось открывать глаза, не хотелось шевелиться, даже мысли текли лениво, сумбурно, отстранено. Несомненно, вскоре придется снова окунаться в насущные заботы и выяснять, где я оказался и что делать дальше. А пока я просто сидел в позе медитации – как и возродился, среди окутавшей меня плотным облаком звенящей тишины. И по ощущениям, лишняя минутка покоя еще имелась, прежде чем закончатся все необходимые процедуры и эта благостная нирвана, в которой я возник заново, телом и душой, вытолкнет меня прочь.

Итак, я все-таки разбился. Насмерть. И не только я. Моих питомцев тоже должно было неизбежно размазать о каменный пол в кровавую кашу… И судя по тому, что я не чувствую рядом ни Фурии, ни Крохи, так и произошло. В груди словно торчит ноющая заноза. Даже не заноза – деревянный кол, которым пробивают сердце вампирам. Питомцы давно стали со мной одним целым, без них я чувствовал себя ущербным. Не самодостаточным. «Духовная связь» – тот еще наркотик, а я, получается, закоренелый наркоман… Петоман? Духоман? Как-то так, в общем...

Но воскрешение… Это было не так, как в прошлые разы, в Репликаторе песочницы. Что-то разительно изменилось. То ли я столкнулся с пост-эффектом разных технологий, то ли новичку в Репликаторе песочницы просто необходимо просыпаться в муках, чтобы крепко вбить в сознание необходимость в осмотрительности и в осторожном обращении со своей жизнью. Сейчас же я чувствовал себя несколько иначе.

Наверное, судьба такая – время от времени умирать при падении с высоты, ведь я точно так же разбился в песочнице, когда прикончил предавшего нашу группу клирика и, сцепившись с ним в смертельных объятиях, ухнул в пропасть. Правда, момента удара о скалы при прошлом возрождении я не помнил, память оказалась щадяще подчищена.

Да и сейчас боль меня не терзала, но вот память о ней…

Колыбель, нагоняя приятную истому, старалась бережно вымыть из памяти этот трагичный эпизод, и зябкая дрожь пережитого ужаса отпускала медленно, нехотя.

Вот уж действительно – воспоминания из прошлой жизни. Буквально. Ведь теперь у меня их несколько, этих жизней, успел накопить… Один сейв потратил, но в запасе еще аж шесть. Богатый буратино. И третья смерть. Двадцать четыре часа меня не существовало. Целых двадцать четыре часа длилось небытие, и мир вполне обходился без меня. Мошка на деснице господней. И с каждой смертью этот срок будет увеличиваться на шесть часов, пока не достигнет бесконечных величин. Если не закончатся сейвы. Раньше я об этом как-то не задумывался, не до того было, но ведь и правда – даже с прорвой сейвов запросто можно остаться в забвении, если погибнуть крайне неудачно – к примеру, как игроки вместе с Лунной Радугой при ее разрушении, так и оставшиеся в копилке душ навечно.

Стоп. Негатив ни к чему хорошему не приведет. Таких неприятных моментов будет немало, я в этом ничуть не сомневаюсь, так что нечего падать духом всякий раз, когда это случается. Кстати, по укладу ВИКСа чудесное спасение должно как-то компенсироваться. В худшую сторону. Хотя и так несладко – питомцы погибли, клан сгинул, и сам я неизвестно где…

И снова стоп. Придержу эмоции. Загоню панику поглубже в темные уголки души, где ей и место, побиться головой о стенку всегда успею – это занятие нехитрое.

Глубоко вздохнув, как перед прыжком в воду, я наконец открыл глаза и медленно повел головой, осматриваясь. И озадаченно хмыкнул. Напряженное ожидание грядущих неприятностей слегка ослабло.

Вид цилиндрического зала диаметром и высотой около десяти метров, светящиеся стены, потолок и пол которого были облицованы медово-желтым янтарем, вызвал чувство узнавания. Конечно, зал был другим, не тем, где я впервые узрел статую богини Дживы, впоследствии разбитую вдребезги суккубой. Собственно, вся схожесть на форме зала и материале облицовки и заканчивалась. Резные барельефы танцующих крылатых фей на стенах замещал более примитивный на вид вариант, представлявший собой цепочку из натыканных по окружности зала выпуклых дисков. А вместо статуи на постаменте из светящегося желтого янтаря сидел я, собственной персоной.

Было еще кое-что, отличающее этот зал от зала Дживы – узкая, без перил лестница, вьющаяся вдоль стены и выводящая через проем в потолке на следующий этаж. Отлично. Не придется ломать голову, как отсюда выбраться.