Читаем Исчезающие Девушки (ЛП) полностью

Было холодно, а в глазах у меня было полно песка. Тем не менее, я была счастливей, чем когда-либо помнила, а может, такой счастливой вообще не была никогда ранее. Паркер одолжил мне свой свитер (Национальный день числа пи[14]), он у меня до сих пор где-то валяется. Ариана и Мэтти уснули на большом плоском камне, прижавшись друг к другу под пледом, а Ники, Паркер и я сидели бок о бок, накинув на наши плечи одеяло для пикника, как огромный плащ, допивая по кругу последнюю банку пива, зарыв пальцы ног в холодный песок, пытаясь пускать камушки по волнам. Небо было серое, потом тускло медное, словно старая монета. А потом, неожиданно, солнце вырвалось из-за океана, электрически красное, и ни один из нас не мог произнести ни слова, - мы просто смотрели и смотрели, пока не стало слишком ярко, а глаза не начали болеть.

И я начинаю злиться на Паркера за то, что воскресил в памяти воспоминание о той ночи, что я так яро пыталась забыть; за его совершенные губы, за его улыбку и за те неистовые глаза; за то, что даже стоя рядом с ним, чувствую невидимое притяжение между нами. Мой учитель по химии назвал бы это магнетизмом. Поиск своей пары.

- Ты пришёл, чтобы сказать это? - Я смотрю в сторону, надеясь, что он не догадается, как это больно для меня, находиться рядом с ним, как сильно я хочу его поцеловать; если я не стану сердиться, если не буду сердиться, боль только усилится. - Чтобы совершить путешествие в прошлое почти в час ночи в среду?

Он щурится, потирая лоб.

- Нет, - говорит он. - Нет, конечно, нет.

Я чувствую себя виноватой. Никогда не могла выдержать, если Паркер выглядел несчастным. Но напоминаю себе, что он сам виноват, он тот, кто появился из ниоткуда через столь долгое время.

- Послушай. - Паркер покачивается и невнятно произносит слова, не проглатывая их, конечно, но так, словно и не старается говорить четко. - Мы можем где-нибудь поговорить? Пять минут. Десять, максимум.

Парень двигается к двери, но я не могу позволить ему зайти, рискуя разбудить маму или еще хуже - Ники. Она никогда ничего не говорила о нас с Паркером, но я видела по её лицу, как сильно сестра не одобряет наши отношения. Хуже, я видела сожаление, и знала, о чем она думает. Однажды даже слышала, что сказала её подруга Иша, - они находились в комнате Ники, а я спускалась по решетке, и Иша неожиданно повысила голос: «Она не красивее, чем ты, Ники. Просто она сует свои сиськи всем под нос. Знаешь, люди жалеют её». Я не слышала ответа Ники. В этот момент она встала, и её взгляд скользнул по окну, и клянусь, она видела меня, - замершую, сжимавшую решетку двумя руками; затем она задернула шторы.

- Пошли, - говорю, хватая Паркера за руки и стаскивая с крыльца.

Я удивилась, когда он неловко сжал мою руку, и вырвалась, снова скрестив руки на груди, - прикасаться к нему было болезненно.

Моя машина была не заперта. Я открыла пассажирскую дверь и жестом пригласила его сесть внутрь. Он замерз.

- Итак?

Он уставился на машину так, словно никогда прежде её не видел.

- Здесь?

- Ты сказал, что хочешь поговорить.

Я обошла машину, открыла дверь со стороны водителя и села. Помедлив, он тоже залез внутрь. Когда обе двери закрылись, стало очень тихо. Обивка слабо пахла плесенью. Я до сих пор сжимала свой телефон, и половина меня желала, чтобы он зазвонил и нарушил эту тишину. Паркер провёл руками по приборной панели.

- Эта машина, - произнес он. - Сколько времени прошло с тех пор, как я последний раз сидел в ней.

- Так что? - Подсказываю я.

В машине душно, и настолько тесно, что при каждом движении мы задеваем друг друга локтями. Мне не хочется думать о том, что мы делали тут раньше, и чего мы не делали, чего мы никогда не делали.

- Ты хотел что-то сказать мне?

- Да. - Паркер проводит руками по волосам, которые немедленно принимают прежнее положение. - Да, хотел.

Я выдерживаю паузу, но он молчит, даже не смотрит на меня.

- Уже поздно, Паркер. Я устала. Если ты просто пришел...

Внезапно он поворачивается ко мне, и слова застревают у меня в горле; его глаза сверкают как звезды. Он настолько близко, что я могу чувствовать тепло его тела, словно мы уже обнимаемся, даже больше - целуемся. И мое сердце начинает чаще биться.

- Я пришел поговорить с тобой, потому что мне нужно сказать тебе правду. Мне нужно рассказать тебе.

- О чем ты?

Он перебивает меня.

- Нет. Моя очередь. Послушай, ладно? Я лгал. Я никогда не говорил тебе, никогда не объяснял.

В бесконечной паузе, которую он делает, чтобы вздохнуть, прежде чем снова заговорить, может поместиться весь мир.

- Я люблю. Я влюблен. - Голос Паркера опускается до шепота, а я не дышу, мне страшно пошевелиться, страшно, что если я шевельнусь, то все исчезнет. - Может быть, я всегда любил, но был слишком глуп, чтобы это понять.

«Тебя», - думаю я. Единственное слово, которое мне хочется услышать, единственное, о чем я могу мечтать сейчас, - «тебя». Может быть, на подсознательном уровне он услышал меня. Может быть, в параллельной реальности Паркер знал, потому что он произнес это.