Фу-ух!.. Если б мог – вздохнул бы с облегчением. И на том спасибо, милая барсеточка! Еще не хватало, чтобы ты мои мозги под лупой исследовала и куда надо сообщить могла! Отлегло так отлегло. Так, идем к двери, шаг, второй, третий… Веселей, веселей! Не смотрим на ноги. Сами, сами, давайте, не заплетайтесь. И черенок не выронить! Кажется, я, наконец, ощущаю холод металла ладонью. Неужели сенсоры постепенно синхронизируются с моими бедными нервными отростками? Было бы очень неплохо. Правда, у меня не отростки, а скорее, обрубки…

Перед дверью я замер и прислушался. В коридоре было удивительно тихо. Что они, заснули там, что ли, жруны эти мерзопакостные? Берусь за ручку двери и плавно надавливаю. Только не скрипи, пожалуйста, очень тебя прошу! И тут руку вдруг сводит не на шутку, я непроизвольно дергаю дверь на себя и со всей дури бьюсь головой об угол двери!

– Ну зачем же так резко дергать, Ири! – шепчу я на весь коридор. Искр из глаз, конечно, не было, но по инерции я сильно зажмурился и почти ощутил физическую боль. Хотя, кажется, на лбу не было ни одного болевого рецептора.

– Прости, Вик, я еще не настроилась на твои импульсы, их так много… Ты хочешь снова все уметь и сразу. Спинным мозгом у такого импульсивного хозяина быть довольно тяжело. Я вместе с тобой учусь управлять этим телом. Но я стараюсь.

– Ты уж постарайся, – шепчу, – нам еще жить и жить, и хорошо бы долго.

– Я даже не буду начислять тебе штрафные баллы за неловкость.

– Правда? То есть ты не будешь больше закидывать меня сообщениями?

– Нет, иногда все же придется. Это часть системы обучения. Но так как в результате сбоя включился режим выживания, то я буду сообщать тебе только о самых важных и значимых приобретениях навыков.

– Договорились.

Я осторожно выглянул в коридор и глянул по сторонам. Справа тупичок под вытяжкой со скамеечкой и маленькой урной для хабариков. Они на месте – уже хорошо. Хоть что-то постоянно в этом мире. Слева – пустой гулкий коридор, в котором и кашлянуть страшновато, не то что идти в дальний конец. А прямо по курсу подсобка и дверь в мою пала…

Я замер на месте и аккуратно поправил отвисшую челюсть. Двери не было. Вернее, на почти сорванных петлях болтались два неровных куска того, что от нее осталось, а вокруг валялись обломки раскрошенного дерева и пластиковой облицовки. Походу, озверятам не понравилась идея посидеть и не спеша доужинать собратом, пока я не приду… Но почему тогда они не сломали дверь в комнатку с холодильником? Наверное, я все же не очень вкусно пахну для них. И определенно, когда сплю, не храплю теперь на всю Ивановскую…

– Вот, кстати, еще вопрос на засыпку, Ири. Я могу дышать?

– Опосредованная доставка кислорода к биоимпланту в связанном виде происходит с помощью системы химических преобразователей, расположенных в разных частях тела и дублирующих друг друга. Потребности в дыхательном аппарате нет.

– Ага… Ничего себе! Интересно, как быстро постареет мой мозг на таком суровом пайке?

– Расчеты слишком сложны. Тебе потребуется наличие ученой степени для анализа ответа.

– Ладно, проехали. Позже спрошу и, по возможности, сообрази ответ без всей этой научной белиберды.

– Я постараюсь, Вик.

– Идем дальше.

Я перехватил покрепче стальной черенок и шагнул к своей палате. Надо все же убедиться, что там никого нет, чтобы не получить неожиданный удар в спину. Я тихонько, прихрамывая и стараясь не наступить на обломки, пересек коридор и не дыша (два раза ха-ха!) заглянул в палату.

Глава 4. И все способные поднять оружие

По палате, походу, одновременно прошлись древний мамонт и легендарный Мамай – настолько она оказалась засрана и разгромлена. Я запоздало и с досадой подумал, что неплохо было перед выступлением просканировать местность чудо-звуковым зрением, но умная мысль, как говорится… Да и незачем, как выяснилось.

Не смотря на полный разгром и наличие невообразимого количества, хм… продуктов жизнедеятельности по всему периметру, палата была совершенно пуста. Озверята сделали свои дела – обглодали бывшего соратника до костей, тут же, походу, дружно и со знанием дела испражнились и ушли, нарочито громко хлопнув дверью. Вернее, тем, что от нее осталось. Ну что же, себя они показали во всей красе. Будем знать, чего опасаться.

Я еще раз окинул взором разноцветных глаз комнатушку, так и не ставшую родной за месяцы, проведенные в ней. Теперь же и вовсе не было смысла тут оставаться. Я привычно повел носом, но почему-то ничего не почувствовал.

– Ири, – тихо произнес я, – почему нет запахов? Я ведь включал обоняние в настройках. Когда я очнулся в палате, то почти сразу почувствовал вонь от первого встреченного зеленого человечка. Как так?

Будет весело, если после сбоя все системы одна за одной станут выходить из строя…

– По умолчанию в расширенном режиме выживания, – спокойно произнесла «подруга на все времена», – заданы фильтры на отсечение несущественных для текущих задач молекулярных испарений в окружающем воздухе в пределах концентраций, неопасных для встроенных химических преобразователей.