Читаем Йомен (СИ) полностью

В конце концов, в полевую команду тут меня никто не записывает, то есть бегать маленьким, но очень злым Халком, с гранатомётом наперевес не надо; работой я тоже не особо обременена, смотри пункт про почту и Сузи; зарплату платят исправно, я видела отчёты с карты и в общем доступе висит таблица с коэффициентами, надбавками и прочими радостями жизни; кормят плохо, видимо, это да; Шепард занимается чем-то очень важным, вроде спасения галактики, и это интересно; ещё любопытно поговорить с костистой страхолюдиной, которая пока отдыхает во владениях Чамберс- если, конечно, оно, когда проснётся, меня не съест.

О госпиталях мне было известно только то, что там: много докторов (на Нормандии одна Чаквас, и то её с перехлёстом, а в больничке концентрация медиков на квадратный метр будет куда выше); с едой там не очень тоже; вооружением фрегата подобные заведения, увы, не обладают, так что если кто атакует - не отмахаться; систем скрытой рекогносцировки на случай, когда не отмахаться, клиникам тоже не выдают.

С точки зрения явной склонности Шепард совать башку все неудобные и опасные дырки шансы выжить больше там, где её нет. С точки зрения того, что капитан таки ещё жива, а все места, которые имели несчастье быть посещёнными её бедовым думательным контейнером, уже как минимум не представляют опасности, а как максимум... Ну ладно, руины интересны архитекторам и археологам, а я психолог и чуть-чуть секретарь, это не моя епархия.

(Неизвестный контакт --) Левый чел: Рекомендую обдумать ситуацию, в которой вы оказались, ещё раз.

------Канал связи закрыт------

<Не доставлено: отсутствует канал связи>Йомен Чамберс: Сам дурак.

<Не доставлено: отсутствует канал связи>Йомен Чамберс: Так можно было?!

Короче говоря, утро задалось.

После эмоционального подъёма, заданного мне невнятными угрозами Цербера, я решила всё же выползти ближе к свету и приобщиться к распорядку корабля, то бишь подняться на завтрак. На пути к лифтам натолкнулась на бредущего в ту же сторону шрамированного дядечку.

- Ха, - прохрипел приветственно он. - Я тебя знаю. Ты всегда рушишь шальные стены на своём пути, или вчера был какой-то праздник?

- А ты всегда выглядишь, как будто имел страстную ночь с ханаром в насадках для овощерезки, или сегодня просто с макияжем косякнул? - проскрипела в ответ я. Мужик чуть удивлённо крякнул и пропустил меня в подъёмник.

- Смотри-ка, один удар по башке и от почтительного "мистер Массани" не осталось и следа. Это на всех местных работает?

- Не факт, но могу гарантировать - если попробуешь такой трюк на пилоте, он тебя таким количеством нежных и ласковых осыпет, все сонеты Шекспира от зависти в элкорскую поэзию позаворачиваются.

- И такая есть? - изумился Массани. Эмоции на его лице выглядели на два литра водки для сильного любителя.

Элкорская поэзия существовала. Главным образом благодаря ей мне в принципе было известно о существовании такой замечательной расы - в тумбочке нашёлся сборник этих безупречных шедевров. Сказать, что цепочка феромонов переводилась на словесные выражения довольно специфически - это недодать гигантский кусок информации. Не знаю, как и зачем горе-переводчик решил заняться таким извращённым делом, но результат по-моему определённо стоил изучения, хоть и имел довольно мало смысла.

Я повернулась к нему и попыталась сделать страстное лицо, то есть скорчила феерически неудобоваримую рожу, и драматично продекламировала особо понравившийся... аммм, эпизод:

- Аж всё! Уже ещё... и что-то, и нежность. Но то как? Смятение. Когда-то и нигде, ничто, не то. Не та.

Лифт доехал, двери открылись. Заид молчал и даже не пытался закрыть рот.

- Элкорский классик сотворил, маэстро Зиаци, - покивала я. - Про несчастную любовь.

- Да, я бы тоже не дал, - понимающе покачал головой отмерший Массани, и бочком-бочком свалил за самый дальний столик.

- Йомен Чамберс! Приятно видеть вас в добром здравии, - прогудел благодушно громила в поварском колпаке.

- Хоть кто-то в нём уверен, - автоматически ляпнула я.

- Я Гарднер, Руперт Гарднер. А ты - малышка Келли Чамберс. И тебе уж точно не помешает пара ложек доброй сытной похлёбки, а? - И он бухнул мне в тарелку жижу сомнительного цвета - до краёв. - Поправляйся, - с улыбкой кивнул мне он и повернулся в сторону алчущих пропитания масс, потихоньку стекающихся к кокпиту.

Я осторожно понюхала. Пахло ничем.

Судя по вкусу, запах не обманул.

В принципе, это можно было есть. Если бы не омерзительная консистенция.

Я мягко поставила тарелку на стойку и тихо сдёрнула в коридоры к лестницам, подальше от общественного завтрака. Мой истощённый повреждениями и недостатком сна организм решительно хотел трепыхаться в сторону чего-то по-настоящему съедобного. А мы вон, у космической станции.

- Малахольная! - остановил меня хриплый голос на полпути к выходу на станцию. - Ты куда собралась?

- На станцию прогуляться, может даже, на кафешку какую доброжелательный налёт организовать.

- С потерей памяти.

- Ага.

- На Омегу собралась спускаться?

- Ну.