Читаем Иоганн Гутенберг полностью

Дело в том, что, поскольку к 1440 году важность изобретения Гутенберга стала уже очевидной, празднование начала книгопечатания сделали регулярным событием каждого столетия. В 1540 году Виттенберг взял на себя инициативу празднования книгопечатания, затем через 100 лет ее подхватили Лейпциг, Бреслау и Страсбург. В 1740 году к ним присоединились Дрезден, Бамберг, Галле и Франкфурт. Майнц постепенно отстранился от изобретения. О том, что потеряли его жители, им напомнили французы, после того как в 1792 году армия Наполеона захватила Майнц. Революционеры знали цену книгопечатанию.

К 1440 году важность изобретения Гутенберга стала уже очевидной, и празднование начала книгопечатания сделали регулярным событием каждого столетия.

Француз с немецкими корнями со славным именем Анахарсис Клоотс произнес страстную речь перед Национальным собранием, превознося Гутенберга как благодетеля человечества, чей прах должен быть немедленно перемещен туда, где находится прах великих и лучших, – в Пантеон Парижа. «Изобретение Гутенберга, – воскликнул он, – станет инструментом, с помощью которого мы полностью изменим будущее!» Клоотс был казнен на гильотине два года спустя, но его послание было услышано. Французская власть в городе Майнце (фр. – Майенс), а теперь это бастион восточной границы Франции, израсходовала 2 миллиона франков на снос старых зданий, чтобы установить памятник Гутенбергу, и переименовала площадь в Гутенбергплац (площадь Гутенберга). Наконец, когда прошло более 300 лет после смерти Гутенберга, он стал любимым сыном города Майнца и устремил вдаль свой задумчивый взор.

Тем не менее праздник был посвящен не самому Гутенбергу, а именно его изобретению. Так продолжалось и после поражения Франции в 1815 году. В 1840 году немцы, пытавшиеся склеить нацию из средневековых осколков, нашли в книгопечатании подходящий символ немецкого предпринимательства и изобретательности. В 89 городах, от Ахена до Цюриха, немецкоговорящие жители праздновали открытие, посвящая этому событию стихи, проводя конкурсы и концерты. Двухдневный фестиваль в Майнце долгое время оставался в тени. Дело в том, что родному городу Гутенберга было необходимо что-то особенное, уникальное.

В 1840 году немцы, пытаясь склеить нацию из средневековых осколков, нашли в книгопечатании подходящий символ немецкого предпринимательства и изобретательности.

В 1890-х годах члены городского совета решили, что город будет праздновать день рождения Гутенберга. И неважно, что никто не знал, когда он родился: неопределенность открывает новые возможности. Это может быть любой год, какой они выберут. А какой год может быть лучше, чем год на рубеже веков? Париж планировал заработать на праздновании столетия с помощью большого международного фестиваля. Обсуждалось множество идей, предлагались различные планы. Мэр взял дело в свои руки. Он написал ведущему ученому – исследователю жизни Гутенберга, Карлу Дзяцко из Гёттингена, и попросил у него совета. Ответ содежал точную рекомендацию: поскольку никто конкретно не знал, когда именно родился Гутенберг, но все соглашались, что где-то на рубеже веков, то, по мнению Дзяцко, в качестве 500-летнего юбилея Гутенберга можно было выбрать красивую круглую цифру, а именно 1900 год. А в какой день? Опять же, поскольку выбрать можно любой день, Майнц остановился на наиболее подходящем – дне именин Иоганна, празднике святого Иоанна Крестителя, который отмечается 24 июня. Более того, оправданно для такого события организовать фестиваль масштаба не менее международного. И, наконец, все должно вращаться вокруг нового общества, созданного на имени Гутенберга.

Для муниципальных властей это было просто бальзамом. На встрече журналистов и писателей Майнца 20 апреля 1896 года мэр рассказал о своей идее, а местная газета Mainzer Anzeiger поддержала его: «Все согласны с тем, что Майнц – это не только оправданное, но и обязательное место для проведения фестиваля». Вот так пиар помог сделать исторический выбор. Благодаря этому весь мир знает о Майнце, в котором находится музей Гутенберга – главный центр исследования его жизни и странствований. Таким образом, для многих наш герой пришел в этот мир 24 июня 1400 года.

* * *

Перейти на страницу:

Похожие книги

Зеленый свет
Зеленый свет

Впервые на русском – одно из главных книжных событий 2020 года, «Зеленый свет» знаменитого Мэттью Макконахи (лауреат «Оскара» за главную мужскую роль в фильме «Далласский клуб покупателей», Раст Коул в сериале «Настоящий детектив», Микки Пирсон в «Джентльменах» Гая Ричи) – отчасти иллюстрированная автобиография, отчасти учебник жизни. Став на рубеже веков звездой романтических комедий, Макконахи решил переломить судьбу и реализоваться как серьезный драматический актер. Он рассказывает о том, чего ему стоило это решение – и другие судьбоносные решения в его жизни: уехать после школы на год в Австралию, сменить юридический факультет на институт кинематографии, три года прожить на колесах, путешествуя от одной съемочной площадки к другой на автотрейлере в компании дворняги по кличке Мисс Хад, и главное – заслужить уважение отца… Итак, слово – автору: «Тридцать пять лет я осмысливал, вспоминал, распознавал, собирал и записывал то, что меня восхищало или помогало мне на жизненном пути. Как быть честным. Как избежать стресса. Как радоваться жизни. Как не обижать людей. Как не обижаться самому. Как быть хорошим. Как добиваться желаемого. Как обрести смысл жизни. Как быть собой».Дополнительно после приобретения книга будет доступна в формате epub.Больше интересных фактов об этой книге читайте в ЛитРес: Журнале

Мэттью Макконахи

Биографии и Мемуары / Публицистика
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное