Читаем Инженеры Кольца полностью

— А теперь, Эстравен, объясните мне, зачем вы сделали то, что вы сделали в долине Сассинот, потому что я всегда считал, будто если и существует кто-нибудь, не способный совершить ошибку в выборе наиболее подходящего момента для действия или в определении весомости шифгреттора, то этим человеком являетесь вы.

— Страх взял верх над осторожностью.

— Страх перед чем, черт побери? Чего вы боитесь, Эстравен?

— Того, что происходит сейчас. Затягивания споров исключительно престижного характера о долине Синот, уничтожения Кархида, ненависти, которая родится из унижения, использования этой ненависти правительством Кархида.

— Использования? С какой целью?

У Оубсли хороших манер не было ни на грош. Йегею, человеку тонкому и ироничному, пришлось вмешаться.

— Господин сотрапезник, прошу вас не забывать, что князь Эстравен находится у меня в гостях, а не на допросе…

— Князь Эстравен ответит на те вопросы, на которые найдет нужным ответить, и тогда, когда сочтет это необходимым, так как он всегда это делал, — сказал Оубсли, обнажая в усмешке зубы, игла, спрятанная в шарике жира. — Он знает, что здесь он среди друзей.

— Я беру себе друзей таких, каких могу найти, господин сотрапезник, но уже не рассчитываю на то, что смогу сохранить их надолго.

— Я понимаю. Но ведь можно вместе тащить сани, даже не будучи кеммерингами, как говорят у нас в Эстеве, не так ли? Черт побери, я знаю, за что вас изгнали, мой дорогой! За то, что вы любите Кархид больше, чем его короля.

— Может, скорее, за то, что больше люблю короля, чем его кузена.

— Или за то, что вы любите Кархид сильнее, чем Оргорейн, — добавил Йегей. — Разве я не прав, князь?

— Нет, господин сотрапезник.

— Следовательно, вы считаете, — сказал Оубсли, — что Тайб хочет править Кархидом так же, как мы правим Оргорейном, то есть как следует?

— Мне так кажется. Я думаю, что Тайб, используя спор о долине Синот и обостряя его в случае необходимости, может ввести в Кархиде столько изменений, сколько не произошло в нем за последнее тысячелетие. У него перед глазами вполне подходящая модель — Сарф. К тому же он умеет пользоваться страхами Аргавена. Это проще, чем пытаться пробудить в Аргавене отвагу, как это пытался сделать я. Если Тайбу это удастся, то в его лице, господа, вы найдете достойного противника.

Оубсли кивнул.

— Я отбрасываю шифгреттор, — сказал Йегей. — К чему вы клоните, князь?

— К тому, есть ли на Большом Континенте место для двух Оргорейнов?

— Вот-вот, именно эта мысль! — сказал Оубсли. — Именно эта! Вы заронили ее в мое сердце уже давно, и с тех пор я не могу от нее избавиться. Наша тень все ширится и уже падает на Кархид. Склока между кланами, да; скандал между двумя городами, да; но война между двумя народами? Побоище с участием пятидесяти миллионов человек? Клянусь сладким молоком Меше, это видение заставляет мои сны полыхать огнем, и я просыпаюсь весь в поту. Нельзя успокаиваться, мы в опасности! И ты это знаешь, Йегей, ты сам об этом не раз говорил, хотя и по-своему.

— Я тридцать раз голосовал против того, чтобы ввязываться в спор о долине Синот. И что из этого? Фракция гегемонистов располагает двадцатью голосами, и каждая акция Тайба укрепляет контроль Сарфа над этими двадцатью. Он строит стену поперек этой долины и расставляет вдоль нее стражников с дутышами. С дутышами! Я думал, что они уже давным-давно находятся в музеях. И дает гегемонистам повод столько раз, сколько раз он им понадобится.

— И таким образом укрепляет Оргорейн. Но и Кархид также. Каждый ваш ответ на его провокацию, каждое унижение Кархида, причиненное вами, любое укрепление вашего престижа служит делу усиления мощи Кархида, до тех пор пока он с вами не сравняется, направляемый весь из единого центра, как Оргорейн. В Кархиде тоже не сдали дутыши в музей. С ними ходит Королевская Стража.

Йегей налил по следующей рюмке «воды жизни». Орготские вельможи пьют этот драгоценный жидкий огонь, доставляемый сюда за восемь тысяч километров, из-за покрытых туманами морей, из самого Сита, так, будто это простое пиво. Оубсли утер губы и заморгал.

— Что ж, — сказал он, — все это соответствует тому, что я думал раньше, и тому, что я думаю сейчас. И мне кажется, что у нас есть сани, которые нам нужно тащить вместе. Однако, прежде чем соваться в упряжь, я хочу задать вам один вопрос, князь. В этом вопросе капюшон сполз мне на глаза. Скажите, что это за комбинации, выкрутасы и фигли-мигли с этим посланцем с обратной стороны Луны?

Вот оно что! Значит, Генли Ай подал прошение на въезд в Оргорейн.

— Посланец? Он и есть тот, за кого себя выдает.

— То есть?

— Посланец из другого мира.

— Только, пожалуйста, без этих ваших проклятых туманных кархидских иносказаний и метафор, князь. Давайте отбросим шифгреттор. Вы ответите на мой вопрос?

— Я уже это сделал.

— Значит, он действительно существо из иного мира? — спросил Оубсли, а Йегей добавил:

— И он был на аудиенции у короля Аргавена?