Читаем Инцидент на Тартаре полностью

- Ты как будто винишь их за это.

Уилер не ответил, за что Макэлрой был ему благодарен. Слушать становилось все труднее. Да и думать тоже. Лучше просто сидеть и отдаваться мыслям о прохладных прудах и запотевших бокалах вина со льдом. Лучше закрыть глаза и думать о чем угодно, только не об этом испепеляющем зное и красном песке.

- Да, я обвиняю их, - вдруг сказал Уилер. - Они построили прекрасный город. Они не должны были оставлять его. Он разваливается на куски, и это их вина.

Викки насмешливо фыркнула.

- Перестань, Уилер. Может, они умерли от перегрева. Всегда ты все усложняешь.

- А для тебя всегда все ясно, - с вызовом проговорил Уилер. - Ты смотришь на что-то, и тебе сразу все понятно. Так, Викки?

Макэлрой открыл глаза. Викки уставилась на Уилера, раскрыв рот и лишившись дара речи от его неожиданно резкого выпада.

- Если это так, мне жаль тебя, - продолжил Уилер.

Даже Стоун сел и покосился на него.

- Если все так ясно, так неизменно и безошибочно, если ты не способна увидеть тайну, тогда ты мертва, и мне жаль тебя.

- Джон, - начал Макэлрой, - вы...

- Они тоже мертвы. - Уилер снова посмотрел на лес. - Мертвы. И они бросили свой город, и он превращается в руины.

Он распрямился от внезапного приступа смеха. Это был высокий, напряженный звук. Уилер резво, как акробат, вскочил на ноги. Метнув свирепый взгляд в сторону леса и невидимого города, он заорал:

- Ублюдки! Разве стоила смерть вашего города? Была ли она столь божественным даром, ради которого вы отказались от вашего творения?

Макэлрой поднялся и шагнул к Уилеру:

- Возьмите себя в руки, Джон.

Уилер отпрыгнул, скрипя ботинками по песку.

- Вы все одинаковы. Вы идете по жизни с шорами на глазах, забыв о реальности, не замечая того, чего вам не хочется видеть, отказываясь от настоящих жизненных ценностей. Так легче, так проще. - Он крутанулся и закричал на далекий город. - Наслаждаетесь вашим бессмертием? Стоит оно того?

- Джон... - попытался было остановить его Макэлрой.

Но Уилер кричал в сторону города, изрыгая проклятья высоким, резким голосом. Стоун теперь был на ногах, внезапно настороженный. Он поймал взгляд Макэлроя и вопросительно приподнял брови. Макэлрой ответил чуть заметным отрицательным жестом.

Уилер повернулся к ним.

- Вы все болваны! - закричал он. - Не лучше тех, построивших город и бросивших его. Не лучше тех кретинов, которые идут по жизни, не обращая никакого внимания ни на что, кроме своего жалкого существования. Но у меня нет шор на глазах. Я видел кое-что, и я не позволю вам отнять это у меня.

- Что вы увидели? - тихо спросил Макэлрой.

Уилер был на грани. Макэлрой должен был как-то успокоить его.

- Что-то здесь, чего не заметили остальные?

Уилер посмотрел на него, быстро мигая и шевеля губами. Потом запрокинул голову и расхохотался:

- Вы думаете, я спятил. Но это не важно. Вы все болваны. Вы не понимаете, а я не собираюсь терять время, чтобы объяснять вам.

Краччиоло нашел и исправил контакт, сгоревший при перегреве передатчика. Затем он отвинтил болты, которыми крепилась первичная приводная схема, и ослабил крепления. Потом очистил от ржавчины кабель, идущий в пульт управления, и начал прощупывать его пальцами, пытаясь обнаружить возможное повреждение. Он, правда, не думал что оно есть, это повреждение: кабели не ломаются сами по себе. Но, тем не менее, он тщательно исследовал кабель. Крэкерс придерживался правила: всегда делать дело, за которое взялся, как положено. Он добрался до места верхнего подсоединения кабеля в пульте и почувствовал пальцами, что кабель здесь влажный.

Краччиоло вытащил руку и понюхал ее. Холодный кофе. Он вспомнил, как пролилась чашка Макэлроя, когда сломался стабилизатор. "Денди" был старым модулем. Изолирующий слой вокруг пульта треснул, кофе пролился внутрь и произошло короткое замыкание в первичной схеме.

Возможно. Но были еще две страхующие схемы, обеспечивающие функционирование системы в случае повреждения первичной. Краччиоло продолжил свои исследования, на этот раз со вторичной схемой.

Цепи страхующих схем шли от СПАДа к пульту различными путями. Это было предусмотрено конструкцией; иначе короткое замыкание могло бы случиться одновременно во всех трех схемах. Когда, после получаса терпеливых манипуляций со вторичной схемой, Краччиоло добрался до конечной точки кабеля в пульте, он обнаружил комок расплавленной изоляции. Это могло означать только одно: вторичная схема перегрузилась и сгорела.

Он полежал немного, обдумывая ситуацию. Его тело было скользким от пота, покрыто пылью, грязью и хлопьями зеленовато-белой коррозии, но Краччиоло не замечал этого. Почему вышла из строя вторичная схема? Он помотал головой и вернулся к работе.

Следующие полчаса он отдал третичной схеме. Прощупав кабель до половины, он наткнулся на то, что никак не могло здесь находиться: на еще один кабель.