К середине 40-х годов стали появляться все новые и новые направления в международной преступности. Это было отмечено на Ассамблее одним ведущим французским советником: «Международные преступники уже не те, какими мы привыкли их видеть. После войны остались горы автоматического и огнестрельного оружия, пулеметов, техники. Преступники научились прыгать с парашютом, беспрепятственно пересекать границы и континенты. Появились соблазны для будущих террористов, торговцев женщинами и наркотиками, распространителей порнографии. Мир переполнен всякого рода фальсификаторами».

Делегаты единодушно приняли предложение президента Луважа избрать на пост помощника Генерального секретаря Жана Непота. Он целиком это заслужил. Восстановленная Комиссия заработала.

Глава 9

Интерпол и США

(1947–1980 годы)

Несколько книг и статей, написанных к юбилею Интерпола, да и он сам безапелляционно утверждают, что Устав 1946 года, принятый Генеральной ассамблеей в Брюсселе, предусматривает, что организация не должна вмешиваться ни в какие политические, религиозные или расовые проблемы.

Мемуары сэра Рональда Хоува содержат типичный пример такого рода высказываний: «Ежедневной практикой Интерпола было заниматься лишь теми преступлениями, которые признаны таковыми в цивилизованных странах. Ко времени его восстановления характер преступления определялся скорее с позиций здравого смысла, чем исходя из формальных требований. После фактического подчинения Германией (Гейдрихом) Интерпола и горького опыта войны мы убедились, что наши принципы должны быть четко изложены. Как следствие, был разработан новый Устав, в статье 1 которого цели организации характеризовались следующим образом:

«Цель Международной комиссии криминальной полиции — обеспечить официальную поддержку всемирной взаимопомощи между всеми полицейскими органами в рамках законов, существующих в различных странах, (и) создания и развития всех институтов, способных сделать вклад в эффективное разоблачение преступлений против основных законов цивилизации, при этом решительно избегая вмешательства в проблемы, имеющие политический, религиозный или расовый характер[35]».

Хоуву, который был ведущим делегатом в Брюсселе, хочется пожелать получше помнить события. Ибо то, что он пишет, неверно. В Уставе 1946 года нет самых важных слов: «решительно избегая вмешательства в проблемы, имеющие политический, религиозный или расовый характер». Даже доктор Эгон Шланиц, глава Юридического отдела Интерпола, думал, что они были в тексте. «Вы считаете их там нет?» — спросил он меня при встрече в Лионе.

Я был непреклонен: официальный текст статьи 1 как на английском, так и на французском языках не содержал этих слов.

Он просмотрел свои материалы и установил истинное положение вещей. Слова были добавлены к статье 1 лишь два года спустя: в сентябре 1948 года на 17-й Генеральной ассамблее в Праге. И предложил сделать это не кто иной, как Луи Дюклу. Он зачитал делегатам отрывок из вступительной речи Флорана Луважа в Брюсселе:

«Нашей организации удалось завоевать уважение административных и юридических органов во многих странах благодаря гибким методам помощи в расследовании международных преступлений, а также в экстрадиции преступников, посягающих на общечеловеческие ценности. При этом мы тщательно избегаем вмешательства в дела политического, расового и религиозного характера».

Далее Дюклу продолжал: «Четкое ограничение наших действий в рамках общего права позволило нам беспрепятственно расширить сферу влияния МККП. Мы полагаем, что и наше будущее в значительной степени зависит от строгого соблюдения нейтралитета. В нынешнем Уставе имеются серьезные упущения в этом отношении, которые — я уверен, что все страны-члены с этим согласятся — должны быть исправлены как можно быстрее». И поэтому он внес предложение добавить в конце статьи 1 существенную фразу «решительно избегая…».

Его проект был принят единодушно, без каких-либо обсуждений. Почему? Фотография в журнале «Обзор Международной криминальной полиции» здания Пражского университета, где проходило совещание, подсказывает ответ. Длинные черные полосы траурного крепа свисают с фасада здания в память д-ра Эдварда Бенеша, экс-президента Чехословакии, скончавшегося несколькими днями раньше в возрасте 64 лет: его сердце не выдержало политического насилия над его страной со стороны коммунистов.